— Думаю, что разберусь, — уклончиво ответил я.

— Ну да… самородок.

Сказав это, он круто развернулся и было быстро зашагал вперед по территории завода. Я, естественно, не мешкая ни секунды, увязался за ним.

В такт шагам в голове начали крутиться мысли совсем иного, глобального масштаба. Кто его знает, как всё обернется? Может быть, благодаря моим будущим железнодорожным новшествам императорский поезд в Борках не сойдет с рельсов. И если Александр III не надорвет здоровье, удерживая рухнувшую крышу вагона, и останется жив, то история Государства Российского может пойти совершенно иным, не столь кровавым путем.

Вот так рацпредложение может переменить судьбы империй.

Из того, что я уже успел увидеть и узнать, прочувствовав на собственной шкуре атмосферу, царящую сейчас в Империи, мне слабо верилось, что при таком сильном и волевом царе страна так бездарно проиграла бы Русско-японскую. А значит, не было бы и позорной первой революции. Вот только добавить бы в команду к нынешнему императору парочку чуть более либерально мыслящих, дальновидных политиков… Людей, что спустились бы с небес на землю, посмотрели, как на самом деле, в грязи и нищете, живут простые работяги, да попытались бы хоть чем-то реально им помочь.

Нужно, конечно, не только накормить, а и услышать народ, и тогда никаких катастрофических революционных потрясений попросту не случится.

Ну, а если глухая власть так и продолжит упорно игнорировать нужды народа… Что ж, тогда я буду внимательно смотреть по ситуации. И еще крепко подумаю, а не принять ли мне в итоге сторону тех самых революционеров. И изменить всё уже там. Революция, которую я знал по учебникам истории, сокрушила Империю до основания, уничтожив миллионы судеб и бездну культурного наследия, но если и вправду не было другого выхода…

Нет, пока есть хоть малейший шанс, нужно пытаться решить дело миром. Выстроить систему, где «всем сестрам по серьгам»: чтобы и мастеровые жили достойно, и крестьянам дышалось легче, да и государству была несомненная польза.

Я усмехнулся собственным мыслям. Забавно и даже нелепо: иду сейчас по утреннему двору, дышу в спину всего лишь ведущему инженеру далеко не самого крупного провинциального завода, значусь простым мальчишкой-учеником, а в голове на полном серьезе размышляю о спасении Империи и высоких геополитических материях.

Но, с другой стороны, плох тот солдат, который не хранит в своем походном ранце складной маршальский жезл.

Николай Иванович остановился. Что-то было не так. Но пока я не мог сказать, что именно.

— Что-то тут не так, — сказал инженер.