— Ты предлагаешь… — голос Равиллы дрогнул, — невероятно масштабную ложь. Самую грандиозную мистификацию за всю историю существования нашего рода.
— Я предлагаю легенду, — поправил Кир. — Красивую и чистую легенду, к которой никто не сможет придраться, ведь никто не знает правды. А правда в том, что Элиар болен. И если это всплывет наружу до того, как он встанет на ноги, мы проиграем. И все труды наших предков окажутся под угрозой из-за тех, кому мы встали поперек горла.
Он замолчал, позволяя Равилле осознать всю тяжесть своих слов.
— На церемонии, — продолжил Кир, — вместо меня на балкон выйдет проекция Элиара. С имеющимися технологиями получится создать четкий образ, не пропускающий свет. Учитывая допустимое расстояние приближения камер и местоположение толпы, никто не отличит подделку.
— А щит? — Равилла покачала головой. — Кто будет держать щит, Кириан? Иллюзия не удержит небесный огонь.
— Щит создаст кто-нибудь из сильнейших магов, или это станет результатом коллективного труда, — Кир пожал плечами, будто речь шла о том, кого позвать на чай. — Это должен быть тот, кому вы с отцом доверяете как себе. Спрячется где угодно, лишь бы его не видели. И будет работать через резонаторы. А голограмма Элиара станет просто красивой картинкой для толпы. Его солари присутствовать не обязательно.Он достаточно силен чтобы справиться со всем в одиночку. Доверенному лицу придется постараться, но, уверен, при дворе достаточно талантливых верданов.
Кир выключил экран, и, повернувшись к королеве, встретился с ней взглядом.
— Когда аристократы увидят на балконе Элиара, — не смогут потребовать результатов медицинского обследования. Не смогут поднять вопрос о смене наследника и не обвинят нас во лжи. Элиар получит время на выздоровление, вы — спокойную жизнь. Аристократы… Они получат картинку, которая их успокоит. А я, — Кир усмехнулся, — я получу возможность продолжить свою привычную тихую жизнь без принятия на себя чужой роли.
— Если кто-то узнает… — тихо начала Равилла.
— Не узнает, — отрезал Кир. — Поскольку те, кто узнают, будут заинтересованы в том, чтобы молчать. Ты. Я. Отец. Маг. Четыре вердана. Это меньше, чем нужно для утечки.
В комнате воцарилась тишина. Где-то далеко, в недрах Акрополя, тихо гудела планета: вечный, низкочастотный звук, который верданы называли дыханием Этериона.
— Я тебя не узнаю, — Равилла чувствовала сомнение в собственных словах. — Как ты придумал это все?
— Пришлось экстренно повзрослеть за те двадцать дней, — Кир улыбнулся ей достаточно беспечно чтобы усыпить бдительность. — Так я и понял, что ложь с примесью правды — лучший инструмент.