— И жестокий.
— Зато самый эффективный, — он пожал плечами. — Выбирай, мам. Мое дело — предложить. Решать вам с отцом. Или мы будем честными до самого конца, или нарушим правила и удержим трон. Третьего не дано. Я прекрасно знаю, что наше правление построено на безоговорочной честности, но сейчас не та ситуация, где стоит говорить правду.
Равилла долго молчала. Смотрела прямо в глаза, покрывшиеся коркой льда после длительного отсутствия. И совершенно переставшие отливать в золотистый оттенок. Юноша же не отвел взгляд, несмотря на дикое желание сдаться под ее суровым напором.
— Я поговорю с твоим отцом, — тихо произнесла Равилла. Она сделала всего несколько шагов в сторону двери, и обернулась. — Если этот план провалится, мы потеряем все. Не только трон, но и все, что строили наши предки.
— Не провалится.
— Откуда такая уверенность?
Он улыбнулся. Так, как улыбаются люди, которые уже давно все просчитали знают о результате проделанных трудов заранее.
— Потому что я никогда не проигрываю, мам.
Стоило двери закрыться, Кир моментально рухнул в кресло. Еще чуть-чуть, и колени бы подогнулись при Равилле. Он несколько раз ударил себя ладонью в грудь, шумно выдыхая.
— Капец, чуть не помер… — пробубнил юноша себе под нос.
— Что это было? — Люмирен появился прямо рядом с Киром, сидя на краю стояла.
— План «Б»: «Спасаю свою задницу и задницы товарищей поневоле путем реализации придуманного на коленке плана», — Кир повернул голову на бок, практически касаясь ухом плеча. — Или думал, я просто человек с неразвитой планеты? — юноша ухмыльнулся как-то недобро. — Я — один из рекордсменов по межнациональному чемпионату стратегических игр. И я совершенно не вижу разницы между ними и этим местом…
Глава 12.1
Равилла вошла в Зал Утренней Зари, испокон веков использующегося для отдыха и неофициальных встреч. Тень от величественной фигуры женщины падала на белоснежные стены, увитые резьбой в виде ветвей Древа Силарии — древнейшего символа Этериона, чьи корни уходят в недра планеты, а крона пронзает небо.
Дарион отдыхал на низком ложе из светлого дерева с инкрустацией тонких сероватых нитей перламутра, среди мягких подушек, набитых сушеными светящимися мхами. Его обеспокоенный аромат не давал покоя Равилле с первого дня заболевания старшего сына. И даже сейчас, находясь довольно далеко, она тонко чувствовала колебания, наполнившие все помещение.
— Кириан не спал всю ночь, — женщина неспешно опустилась на соседнее ложе, расположившись среди подушек напротив мужа. — Зари рассказала, что он включил дневное освещение и не гасил его до самого утра.