Глядя на открыто выглядывающую из поясной кобуры рукоять артефактомёта, я несколько успокоился: на крайний случай у нас был ультимативный аргумент.
— Здесь ещё можно пользоваться метателем Огня, или уже нет? — решил я прежде всего прояснить важный момент. Попытавшись сосредоточиться на ощущениях тела, чтобы почувствовать давление Дикой Магии, я аж передёрнулся: теперь уже кожа ощущала не тончайшую плёнку, а натуральную пергаментную бумагу, неслышно похрустывающую на каждом движении.
— Думаю, шар огня потеряет стабильность метров через пятнадцать-двадцать после того, как покинет ствол, — что-то прикинув, сообщил мне старший по званию. — Вряд ли это понадобится, но на всякий случай предупреждаю: перед тем, как стрелять, лучше спешиться. Твоя лошадь не подготовлена для рейдов, от близкого разрыва может понести.
— Да уж я понял, — скривился я, и только потом зацепился за знакомое словечко: — Рейды?
— Разведывательные вылазки дальше вглубь территории Шрама, — несказанно «обрадовал» меня собеседник. — Их регулярно проводят. Без разведки окружающей территории в один не самый прекрасный момент отсидеться за стенами заставы может и не получится.
— А я думал, Рубежники сражаются только пешими, — не стал скрывать удивления я. Ромар как-то это упомянул, а я запомнил, приняв утверждение за аксиому.
— Сражаются — да. Но в разведке без коня делать нечего.
— Они же тварей до дрожи боятся, — о да, у меня была прекрасная возможность полюбоваться на типичную реакцию лошадей на изменённого, когда болотный секач вышел прямо на, с позволения сказать,охотничью партию герцога де Берга. Чудовище мне и Маше удалось оперативно прибить, и серьёзно успела пострадать от атаки кабана только Карина. Все остальные травмы были на совести взбесившегося от страха верхового транспорта.
— Есть способы, как с этим бороться, — уклончиво отозвался собеседник, и не стал развивать тему. Разговор прервался, и я, чтобы не молчать, решил прояснить ещё один момент.
— Я думал, встречу при штабе тыла Рубежников-новобранцев… — на самом деле, не думал. Однако получив на тренировках компанию из проштрафившихся офицеров, невольно задумался: а где, собственно, все? Пока я ехал, мне едва ли не каждый трактирщик и торгаш втирал, какой наплыв желающих попасть на службу в Войско они за последние месяцы успели обслужить. А я почему-то еду в гордом одиночестве.
— Так зима же, Арн, — хмыкнув, покосился на меня ушедший было в свои мысли Горец. — Словосочетание «зимние квартиры» тебе что-нибудь говорит?
— А-а, — как всё, оказывается, просто.