— Ни один нормальный наёмник не попрётся зимой пытать счастья с трудоустройством, — просветил меня офицер. — Наоборот, все пытаются пристроиться на зиму заранее. Никто старается не воевать по зимней распутице, небоевые потери будут слишком большими. Те из наёмников, кто хорошо заработал за сезон, стараются осесть по городам до тепла. У многих там семьи, дети… Кому повезло меньше, нанимаются в замки герцогов на должность наёмных инструкторов для дружин, или к купцам — охранять склады, например. Да хоть в трактир вышибалой — всё лучше, чем морозить задницу в полях с риском схватить воспаление лёгких. Генерал былочень убедителен в своих речах, раз собрал в такое время целый урожай сорвиголов, решившихся на длительное путешествие с неясным финалом. Но таких людей в каждом королевстве не так уж много. Хотя, надо признать, обученных магов Жизни, почему-то заявляющихся снаправлением на стажировку в середине зимы, да ещё и именно к Рубежникам, ещё меньше.

Упс. А вот это я совсем упустил из виду. Вот Ромар-то охренел, наверное, когда я ему свою бумажку под нос сунул. Если с этой стороны рассматривать ситуацию, его попытки спихнуть такого мутного типа, как я, в гвардию, выглядят ещё более логичными.

— Папазаставил , — решил отделаться не полной правдой я. — Пришлось ехать.

—Папа ? — развеселился маг. — Не наставник, а именно отец?Заставил? Да что же это за монстр такой должен быть…

Под моим взглядом Рубежник поперхнулся.

— Извини, Арн.

— Не за что извиняться, товарищ лейтенант, — вздохнул я, в мыслях невесело усмехнувшись. Горец угадал точно — именно монстр. Тварь та ещё. Горца ждёт сюрприз, когда до него дойдет информация, кто я. А она дойдёт — как я понял, он регулярно контактирует со штабными офицерами, а те точно проболтаются, как мне кажется.

— В боевой обстановке принято обращаться по имени или позывному, опуская звания и другие лишние слова, — неожиданно просветил меня лейт, явно чтобы сменить тему. — Если имя или прозвище длинное, то его обычно сокращают до первых нескольких букв, а то пока правильно выговоришь всё, сожрут. Так что я — Гор, известный тебемайор Ромар — Ром. А тебе, стажёр, повезло: имя прямо как специально для службы в Войске подбирали…

Кх! А ведь может статься — опять угадал логист! С Кристиана сталось бы. Заранее за ребёнка решил, кем тот станет, когда вырастет — ну чем не образцовый папаша? Убил бы. Если бы мог.

От очередной необходимости неловко менять тему беседы нас «спасло» раздавшееся откуда-то слева громкое шипение, явно сопровождающееся ультразвуковой составляющей — уши на секунду словно ватой забили. Темп движения сбился: лошади встали, как вкопанные, у многих подкосились ноги. Мне пришлось вцепиться в шею своей кобылы руками и что есть сил жать ногами её бока, чтобы не слететь назад через внезапно просевший круп. Вот именно этого я и боялся: схватиться за оружие возможности не было никакой, все силы и внимание забирала себе четвероногая дура, готовая в любой момент упасть. Но обошлось — звук затих и лошадь выправилась, отфыркиваясь, как ни в чём ни бывало. А вот часть вьючных всё-таки упала, и теперь пыталась подняться на ноги. Я нашёл глазами лейтенанта: на удивление, усмирив своего коня, он не пытался куда-то там мчаться, отдавая приказания, а выглядел всё так же спокойно.