В Ермилово нет периметра, и это слегка упрощало дело.

В нашу пользу и то, что известен маршрут «эвакуационной» бригады. Приблизительно известно время.

Ночью они ехать не станут. Отправятся перед самым рассветом, чтоб часов в восемь быть в областном центре, на сборном пункте. По-крайней мере так обычно происходит. А уже из областного центра автобусы двинутся в региональный «эвакопункт» — хорошо охраняемый лагерь за высоким забором, окруженный рядами колючки и датчиками движения.

Время от времени туда подъезжают дорогие автомобили. Пассажиры и водители предъявляют спецпропуска. Стальные ворота КПП отъезжают в сторону, и дорогие авто исчезают внутри…

Чтоб через час-другой, выехать назад.

Никто точно не знает, что происходит там, за воротами. Да и не нужны мне мерзкие подробности!

Одно ясно — там очень хорошая звукоизоляция. Потому что никто и никогда не слышал оттуда ни криков, ни стонов…

А ещё я знаю главное. Именно там закончится путь для большинства детей, подростков и стариков. Никто из них больше не вернётся. Возможно, чуть дольше проживут лишь те, кого спецрейсами отправят в Москву.

Хотя и не обязательно.

Там, в столице — полно «сильных личностей» и «настоящих патриотов», привыкших ни в чём себя не ограничивать…

Единственный шанс вырвать Алёну и Женю из этого проклятого конвейера — перехватить автобус по дороге в областной центр.

Километрах в двух от Ермилово мы выехали на эту дорогу.

А еще через километр нашли удобное место. За эти месяцы я не раз тут проезжал, и выбрать позицию было не сложно. Справа густой кустарник почти вплотную подходил к обочине. Дорога шла в гору и делала поворот.

Роман подальше отогнал «газель».

Я расположусь в кустах у самой дороги. Остальные — слева, на опушке леса, метров за двадцать пять от обочины.

— … И без глупостей, — выразительно глянул я на Миху, — Исполнять всё точно, как в аптеке.

Была ещё кромешная ночь, когда мы заняли позицию.

Дорога — почти пустынна в это время. За целый час проехала одна легковушка, да пара тяжелогруженых фур.

Становилось холодно. Я поднял воротник куртки и глубже надвинул кепку.

Небо у восточного края стало бледнеть, а их всё не было. Сколько ещё тут торчать? Неужели я ошибся, и они поехали другим путём?

Какими глазами будет смотреть на меня Ромка…

«Спец по выживанию», говоришь? Самоуверенный баран!

Я с отвращением зевнул. Отошёл чуть в сторонку, справляя малую нужду. И в эту самую минуту, различил вдали характерный звук мотора.

«Труповозка»!

Едут!

Чертыхаясь, я торопливо застегнул штаны и два раза мигнул фонариком в сторону лесной опушки.