А у Зоны — свой распорядок. Жаль, его не вычислишь заранее!

— Надо возвращаться, — буркнул Воробей, провожая взглядом мутный шар с тускло светящейся бахромой.

— Тут уже рядом, — успокоил я.

Одна «медуза» — это ещё не капкан. Главное, держаться подальше…

Мы шли вдоль улицы Невзоровых, обходя то, что раньше называлось парком имени Кулибина. Порядочный крюк, но я не идиот, чтоб соваться в хаос измененных растений.

Тьфу.

Кажется, нас почуяли. Длинные ветки колышутся, как-то уж сильно склоняясь к нам через улицу…

Пришлось свернуть во дворы.

Этот чертов парк разрастается с каждым годом. Ещё недавно можно было спокойно пройти по Короленко. А теперь говорят, сплошной массив тянется к площади Горького.

Ничего,до следующего Большого Выброса. Зона поражения обязательно накроет измененную дрянь. Почернелые коробки выгоревших домов — лишнее тому подтверждение.

Так что пылать будет до самой Ашхабадской. А если не сгорит — засохнет…

Мы опять повернули на север.

— Пару кварталов и будем на месте, — уверенно сказал я.

Не первый раз тут хожу. Наизусть знаю все «дробилки» и «жучиные поля».

А Воробей слегка нервничает. Я его понимаю — всего полгода, как перебрался в Нижний. До этого работал только на Украине — там, говорят, Зоны спокойнее. Зато с «товаром» у нас богаче…

Ещё «медуза»! Висит, словно приклеенная над автобусом у перекрестка. Жаль. Я ведь хотел показать Воробью местную достопримечательность. В салоне за грязным стеклом — взвод полицаев. И все как живые. Разве что у прапорщика крысы отъели руку…

Ветер не стихает. Облака всё ниже. А иногда беззвучно проскакивают молнии — совсем рядом, среди ползущих над крышами тёмных лохмотьев.

Да, в такую погоду на север не лезут. Ну и что? Даже когда не «штормит», мало кто осмеливается сюда ходить. Кроме меня, и десятка человек не наберется…

Мы обогнули руины высотки, дальше через сквер — мимо воронки «огненного червя». За высохшими кустами, уже угадываются в дымке два старых дома — оба оплетенных «фиолетовой плесенью». Отсюда не видать, но между ними есть проход.

А по ту сторону — лужайка. Моя личная «ягодная лужайка»! Только растёт там не земляника. Там растут — баксы!

Я уверенно двинулся вперёд. И у самых домов притормозил.

Воробей коснулся моего плеча.

— Вижу, — сухо сказал я.

Две «медузы» плавали в воздухе — как разу у прохода. Шквальный ветер слегка сдувал их при каждом порыве — но слишком медленно. А третья — плавала над самым проходом. Невысоко — чуть выше человеческого роста.

Угу. Ничего удивительного — в такую погоду, в таком районе… Но блин, какого хрена именно в этом месте, а не за квартал отсюда⁈