— Что происходит? — вопросила архе-зэка у соседок-коллег, впрочем, без особой надежды. При ближайшем рассмотрении не мертвы, все-таки дышат. Но молчат, похоже, в полном ступоре.
Тут у шпионки, основывающейся на своем не только боевом, но и всяком ином жизненном опыте, возникла вполне логичная версия. Сексуально-эротическая. Шеф там с кем-то, э… Потому бабы в шоке, не знают как реагировать. Да ну, чушь какая-то. Во-первых, Вейль законченный импо… целибатчик, во-вторых… Даже самая поганая эротика такого страха не нагоняет.
Соображала Катрин все-таки неважно, поскольку соскользнув с кровати, тут же шарахнулась в сторону, замахиваясь ятаганом — из-за сундука на нее испуганно мигала пара адских огоньков.
— Тьфу, опять ты лупоглазничаешь?! А ну — фас! Хорош отсиживаться, рви там всех в клочья.
Бесстрашная мини-собака ответствовала едва слышным скулежом — Дикси заверяла что обязательно, всех и насмерть, но в следующий раз.
Зацепившись плечом за косяк узкой двери, Катрин вывалилась в соседнюю каюту… слабо покачивается лампа, пусто… в смысле, совсем пусто — койка больного опустела, одеяло спутанной пиявкой тянется по полу, жаждет выползти из этой немыслимой духоты.
Уже примерно представляя, что произошло, Катрин пересекла каюту и распахнула дверь.
«Клоун», умиравший-умиравший, но в одночасье вздумавший ожить, склонился над диванчиком шефа. Судя по всему, психолог-аудитор твердо вознамерился спровадить Вейля на тот свет путем банального удушения, и предавался исполнению задуманного крайне сосредоточенно и целеустремленно — пальцы сдавили горло шефа намертво. Сколько уже длится процесс? Минут пять? Нужно признать, шеф все еще трепыхался, хотя явно терял силы. Вообще-то трудно было понять, почему опытный начальник охраны не может отбросить исхудавшего и далекого от лучшей спортивной формы аудит-«Клоуна». Вейль вновь и вновь бил коленом под ребра оппонента, но надежно утвердившийся над ним душитель практически и не вздрагивал. Экая скульптурная группа: чугуниевый истукан застыл-закостенел над трепещущим героем из античного белого мрамора, только брыкание и шуршащий диванчик придают слабую иллюзию жизни. Ну, еще шеф издавал слабые сипы.
Катрин осознала, что смотрит на происходящее отстраненно, лишь с неким слабым намеком на любопытство. Понимание, что вмешиваться не нужно, что не женско-штрафного ума это дело, что имеет смысл постоять на месте; пускай все кончится раз и навсегда, прочно овладело разумом. Но разве это так?! Вейль человек бесспорно отвратительный, но все же человек, да и неприятностей от него мертвого можно поиметь гораздо больше, чем от живого. Да и вообще, с какой стати чужие лапы нашего шефа вдруг решат удавливать? Тут, может, кое-кто иные планы по данному поводу имеет.