— Что значит «не думать»?! Если мы не найдем это сомнительное чудо времен XVIII династии, вы меня попросту удушите, — проявила внезапную проницательность профессор. — Мне что-то вообще не по себе.
— Это солнце печет, шляпу поправьте, — посоветовал Вейль. — И о каких удушениях вдруг речь? Что это за странные фантазии? Вот, Кольт идет с нами, а она категорически не приемлет насилия в невоенном стиле. Кстати, Катрин, не слушайте нашу пустую болтовню, смотрите по сторонам. Я не оборванных, затаившихся в развалинах злоумышленников имею в виду, а нечто иное… вызывающее интересные мысли и ассоциации. И со штуцером осторожнее — сюда захаживают местные аборигены, к чему нам жертвы среди гражданских?
— Поняла, — заверила Катрин, ничего особо не понявшая, но шеф явно и не ставил такой цели. Оно и верно — точно поставленная задача едва ли подтолкнет зарождение «интересных мыслей-ассоциаций».
Пересекли узкую пустошь, над песком торчала пара камней, в которой с огромным трудом можно было опознать бараньи головы со зверски отбитыми рогами и носами. Все ж сколько трудолюбия у людей — ходят, рыщут, неутомимо крушат древние статуи, памятники и обелиски валят, улицы неутомимо переименовывают. Антагонистическое противостояние бурлящих ослиных мозгов и бесчувственных древне-бараньих каменных лбов.
Профессор знала храмовый комплекс как заусенцы на своих десяти пальцах, но все равно периодически приходилось преодолевать сомнения и определяться по месту:
— Вот угол храма, но пилон я вообще не узнаю. Это несомненно он, но, знаете, Вейль, сомнения все же есть…
— Поделитесь ими, Камилла, не стесняйтесь. Осмотримся не торопясь, а мадам Катрин с собачкой могут пока выбрать уютное местечко, отдохнуть и полюбоваться живописными развалинами.
С уютными местечками было туго: солнце висело точно над шпионской головой, тень попробуй изыщи. Нет, под колоннами и остатками стен тень имелась, но сами камни выглядели этак по-пизански шатко, того и гляди заваляться. Катрин добрела до торчащей из-под песка каменной выпуклости, похожей на панцирь заблудившейся и помершей от тоски черепахи, прислонила оружие и села. Соседняя стена с едва различимыми барельефами прикрывала от солнца. Дикси проверила подножье стены, заглянула в соблазнительную щель, пошевелила усами.
— Не лезь, — посоветовала архе-зэка. — Тут вроде погребальных камер нет, но кто его знает.
Собаченция отодвинулась от щели и вытянулась на песке с крайне разочарованным видом. Видимо, данное конкретное место крысы покинули еще во время землетрясения 27 года до н. э.