Профессор с шефом бродили между остатков стен, Камилла увлечено размахивала руками. Все же искренне преданная славному кладоискательскому делу тетка, ей все равно, что искать, главное — сам процесс.
Сидеть и бездельничать оказалось неожиданно прохладно. Катрин чувствовала как стылость веков проникает сквозь шелк шальвар, пробирает благородное шпионское тело. Ну да, ночи здесь достаточно свежие, видимо, еще не успело прогреться будущее музейное достояние. Пришлось пересесть на соседний камень, столь же округлый-красноватый, с такими же бороздками на верхней полусфере. Интересно, что это было изначально? На фараонские мудрые головы не очень похоже. Дикси подковыляла поближе, тронула лапой сапог инструктора по походному собаководству и с намеком вскинула длинные редкие брови.
— Обойдешься, — проворчала жестокосердечная шпионка. — Что за манера каждые два часа жрать эту баночную отраву? Тебя уж на морду разнесло, щеки — вон, как у какой-нибудь дачной болонки.
Дикси недовольно засопела, но настаивать не стала, заползла в тень. Да, что-то жар так и давит, хотя только что холодом пробирало. И этот климат некоторые считают курортным? Впрочем, у моря наверняка поприятнее.
Мысли о том, что нужно непременно искупаться, оказались навязчивыми. Здешние воды реки были вполне чисты, окунуться удавалось регулярно, но так спешно, что даже обидно. Вечно солдаты и матросы кругом, им-то бледными задами сверкать можно, а вот попробуй какая зэка прилюдно скинь шальвары… Права Камилла — кругом сплошной мужской купальный шовинизм и полное отсутствие мыла. Как жить?!
Появление гостей Катрин не пропустила, но вскидывать штуцер не пришлось. Двое местных, приближаясь к профессору и Вейлю, еще издали принялись демонстрировать разнообразные знаки уважения и мира. Судя по вкрадчивому подходу, сейчас сувениры начнут втюхивать.
Разговора издали слышно не было, но беседа с аборигенами длилась несколько минут. Теперь уже все четверо активно жестикулировали, указывая в разные стороны. Понятно, у шефа с Камиллой запасец арабских слов скромный. Впрочем, Вейль так долго и уважительно тряс местным руки, что возникли некоторые подозрения. Все же былое общение с контрразведчиками наложило на архе-зэка отпечаток — вечно что-то мерещится и подозревается. Как в той деревушке: уж вовсе убедилась, что «сливает» шеф информацию мамлюкам, да только через пять минут и Вейля, и саму проницательную наблюдательницу чуть саблями не напластали. Нет, так с ценными военными агентами не поступают. Да и вообще шеф сосредоточен исключительно на инфе, связанной с его безумной идеей-фикс, что ему войны и мамлюки.