— Ну, крайне спорное и вызывающее поведение, обычно именуемое «наглостью и высокомерием», частенько выручает в повседневной жизни, — засмеялась архе-зэка. — Если неприятностей не избежать, лучше спровоцировать их всплеск в удобный момент. Стратегия спорная, но я втянулась. И применяя ее на практике, вот прямо сейчас требовательно воскликну — «потом ворота дорисуете!» Я уже вовсе изнемогаю. Немедля идемте купаться!
— Купаться?
— Ладно, не купаться. Я буду умываться и ополаскиваться, а вы стоять на страже. Я вам доверяю, ибо вы истинный рыцарь, Роланд галльской сдержанности и Баярд революционной скромности. Потом поменяемся и вы омоете усталые длани живописца, равно как и стопы неутомимого носителя европейской культуры.
— Уверен, солдаты не станут за вами подглядывать. В сущности, они воспитанные парни…
Катрин, улыбаясь, кивнула в сторону спуска…
Вода была прозрачна и в меру прохладна. Шум пробивающихся сквозь черные блестящие камни потоков отдалял-отрезал остальной мир, оружие лежало на близком (но недостижимом для брызг) уступе. Тело, сочетающее разные степени-тона загара, скользило в воде, исчезало за камнями и в глубине, вновь сверкало в солнечных пятнах отмелей. Наверху темнел храм бараньеголового Хнума, но древние боги уже покинули здешние места и не возражали людским купаниям, да и нынешние боги отнеслись к уместным омовениям снисходительно. Посему ничто не мешало купальщице утянуть в воду гражданина-художника. Он не особо сопротивлялся, но пытался осознать:
— Катрин, но почему именно сейчас…
— Просто так. Порыв души и тела.
— Послушай, я уже весьма немолод…
— Разве? О, боги, как я ошиблась, он уже не молод! Как я могла?! Иди сюда, я обязана убедиться…
Не-молодость имеет уйму преимуществ — целовался гражданин-барон просто изумительно (ну, для мужчины изумительно). А когда выбрались из воды на теплые камни, Катрин ничего художнику делать не позволила, полностью подавив военно-аристократической манерой возглавлять и оказываться сверху. И это было здорово. Вот потом… О, каждый академический талант имеет право на реванш…
…— О-о-ааау! Этого ты от мадам Помпадур набрался?!
— Ни слова о тенях прошлого! Позволь сменить интригу…
Архе-зэка осознала, что в любой экспедиции случаются истинно великолепные моменты. Или это уже гораздо позже осознала, когда размышляла о том, почему французы прошлого так разительно отличаются от французов настоящего? Была ведь нация, даже латексные презервативы мгновенно осваивала и виртуозно применяла. В общем, то были минуты полного воспарения и восторга на берегу под храмом бога-барана, святилище которого невежественная архе-зэка так и не успела осмотреть.