Робин потупилась.
— Можно, догадаюсь? — попросил я. — Он сюда припёрся, так?
— Откуда вы знаете? — вскинулась Робин.
Я развёл руками:
— Ну, вы сами сказали, что у пацана сложная ситуация. Я бы тоже искал, где оттянуться. Родители-то у него есть, вообще?
— Не знаю. По документам есть. По факту, насколько мне известно, их никто никогда не видел.
— Ясно. Продолжайте.
Робин вздохнула:
— Понимаете, Константин Дмитриевич, танцы для меня — такая же работа, как и учительство. Я уже почти год выступаю в этом клубе и ни разу не видела здесь никого из своих знакомых. Приватные танцы — очень недешёвое удовольствие, не говоря уж о том, что доступно оно только совершеннолетним… В общем, последний человек, которого я готова была увидеть здесь — мой ученик. И последний из учеников, которого могла бы вспомнить в этой связи — Сеприт. Но получилось так, как получилось.
* * *
… — Да, честно говоря, надоело до смерти. Не думал, что быть ничтожеством так утомительно. — Дожидаясь, пока Робин наполнит бокалы, парень откинулся назад, положив руки на спинку кресла. Похоже было, что он воспринимает Робин не более, чем предметом обстановки. Интересовала его не танцовщица — разговор. — Шестнадцать лет под задрота кошу. Устал.
— Зато Альянс тебя потерял, — утешающе заметил собеседник — крепкий, гладко выбритый мужчина лет сорока.
— Ну, это да. — Парень потянулся к лежащим на столике сигаретам. Закурил. — Тьфу-тьфу, пока тихо. Хотя, конечно, бесит. Помню, статью одну читал, про то, как мужик из тюрьмы бежал — забрался в цистерну, которая дерьмо вывозила. На свободу выбрался, конечно, но запашок-то остался… Вот я себя сейчас так чувствую. Ни тебе подымить спокойно, ни побухать вечером — с утра ведь в школу похмельным не явишься. А уж как этим засранцам иной раз пробить хочется — ты был знал!
— Так, и пробил бы, — пожал плечами собеседник. — Молодняку оно — только на пользу. Тем более, и школьники-то по нынешним временам такие, что слава богу, если на уроках не пьют-не курят.
— Это, брат, смотря в каких школах. — Парень выпустил дым. — На помойках не побираюсь, мне проблемы не нужны. Но подустал, конечно. Нормальной жизни хочется. Чтобы хоть девчонки вокруг — не малолетки сопливые. — Он улыбнулся Робин, подмигнул. — Ну ладно, ничего. Этот год дотерпеть — а там, глядишь, закончу то, что начал. И тогда уж мне никакой Альянс никуда не упрётся… Чего притихла, милая? — Парень повернулся к Робин. — Спляши, что ли.
Робин встала. Парень с удовольствием огладил взглядом ее фигуру.
— Какую мелодию желаете?
Парень вдруг усмехнулся.