Меня тошнит. Я больше не могу задерживать дыхание.
Амсер, помоги мне! — взываю я к своей Тени, и она откликается. Разъяренная и жаждущая возмездия.
Лед надо мной взрывается. Мягкие зеленые и голубые огни, словно северное сияние в ночном небе, пляшут по ледяной стене, пока я жадно глотаю воздух. Каждый судорожный вдох обжигает легкие изнутри.
На берегу кричит Рейн. Вооруженные солдаты Темных Мух выстроились вдоль края озера, но никто не смеет вмешаться. Рейн далеко, но я чувствую его страх отсюда. Он срывается с места, бежит по льду ко мне. Я пытаюсь скользить навстречу, но ледяной покров трещит под ногами, и сердце в груди разрывается от адреналина.
На мосту и за спиной Рейна собирается толпа. Черт, а если кто-то пострадает от скверны? Темные Мухи бесполезны — они просто стоят и смотрят в ужасе. Где профессора? Директор?
Где Элиас?
Элиас. Эта мысль приносит мне утешение.
Амсер срывается с моего тела черной пылью и за долю секунды принимает форму крупного кошачьего хищника — скелет снаружи, а внутри колышущаяся масса теней. Я прыгаю ему на спину, и Амсер бросается вперед по льду, совершенно не беспокоясь о том, что под нашим весом он может проломиться. Мы в сотне футов от берега, почти у Рейна, когда я вижу под толщей льда колоссальное черное существо. Оно извивается и разрастается, как запертый в тесном резервуаре змей, пытающийся вырваться наружу.
Это его сила под «блоком»?
Если что-то и изменилось, так это то, что заклинание Каллоса лишь разозлило её. Это за гранью могущества. Я не могу постичь, как Эдгар вообще умудрялся держать это внутри себя.
Мои губы пересохли, а сердце стучит в висках так громко, что я больше ничего не слышу. Быстрее, нам нужно быстрее!
Лед прямо перед нами разлетается в щепки, и меня выбрасывает со спины Амсера. Я качусь по ледяной поверхности, крича от того, как обжигает кожу холодная гладь.
Эдгар стоит передо мной, протягивая руку, словно хочет помочь мне подняться. Под его ногами растекается лужа крови, от которой в морозный воздух поднимается пар.
— Встречай смерть смело, — говорит он с широко раскрытыми глазами, словно его здесь нет, словно он не здесь по-настоящему.
— Эдгар! — кричу я. Его веки подергиваются, и прежде чем мы успеваем что-то предпринять, в мгновение ока на льду возникают четыре фигуры. Быстрые, как удар молнии, и бесшумные, как падающий снег.
Артур, Некане, Каллос и Элиас.
Элиас стоит ко мне спиной. Он поворачивается, чтобы посмотреть на меня, и в его холодных серых глазах на долю секунды мелькает беспокойство о моих ранах, хотя он знает, что Амсер их исцелит. Затем его челюсть сжимается от ярости, и он хрустит шеей.