Поход закончился под стенами крепкого города Со. Его защищал вал с палисадом, затем ров шириной метров двенадцать, затем стены высотой шесть метров и с двенадцатиметровыми пятиугольными башнями. Как только мы осадили город, прибыли послы от графа де Фуа с просьбой выдать охранные грамоты его вассалам, которых он приглашал на совет. Само собой, грамоты были выданы. К графу приехали сен-сильверский аббат, виконт Шательбон, сеньоры де Марсен и де л`Эскю. Совещались не долго. Решение было предсказуемо: они предлагали перемирие до дня святого Лаврентия (десятого августа), а потом совершат оммаж тому, кто окажется сильнее перед Монсаком — небольшим городком возле Бержерака. В качестве залога в выполнении этого договора граф де Фуа и другие сеньоры выдали заложников. Наша армия сняла осаду и вернулась в Перигё.
Лето я провел, охотясь в окрестностях Перигё. Леса здесь были густые, с преобладанием дуба и пиний. В известняковых холмах много пещер. В одной из них мы прятались от дождя, и я заметил на стенах рисунки, изображавшие сцены охоты. Не знаю, кто их нанес, может быть, детишки, но приказал завалить вход в пещеру камнями. Глядишь, доживут до просвещенных времен, и археологи и историки, которые обнаружат их, помянут меня добрым словом или хотя бы не кинут в меня один из тех камней, которыми мы завалили пещеру.
Коннетабль Франции Бертран дю Геклен и его племянник Оливье де Манни посвятили это время обмену своих владений в Кастилии на английских сеньоров, захваченных во время морского сражения под Ла-Рошелью. Первый за свое графство получил графа Пемброука, а второй за сеньорию — Жискара д`Англа, его племянника Гийома, Одо де Грансона, Жана де Гриньера и сеньора де Таннейбуто. Кастильцы доставили пленных в Перигё. Оказалось, что коннетабль Франции в финансовых делах не такой удачливый — или именно такой же?! — как в военных. За своего пенника он запросил те самые сто тысяч, которые были заплачены когда-то за него самого. Граф Пемброук оказался не таким богатым, как думал Бертран дю Геклен. У него не нашлось даже десяти тысяч на залог, чтобы освободиться из плена и отправиться собирать выкуп. Помогли миланские купцы из Брюгге. Они согласились заплатить сто двадцать тысяч ливров, когда граф прибудет к ним. По слухам, с ними он должен был рассчитаться прямыми поставками английской овечьей шерсти, которая сейчас вся шла через Кале и облагалась высоким налогом. Не успел граф Пемброук покинуть Перигё, как заболел и в городе Аррасе помер. Зато племянник коннетабля обменял Жискара д`Англа на находившегося в английском плену сеньора де Руайе, в благодарность за что получил руку единственной дочери сеньора и хорошее приданное. Остальных своих пленников отпустил, согласовав сумму выкупа. Никто их них не умер по пути домой.