— Победа! — радостно завопил Карл Шестой, король Франции.
Это его первая победа. Будем надеяться, что не последняя.
39
Сказать, что Хайнриц Дермонд стал самым знаменитым рыцарем нашей армии — ничего не сказать. Король вручил ему тысячу золотых франков, пообещав, что на этом не остановится. Моего заместителя даже пригласили отужинать за королевским столом. Хайнрицу Дермонду рассказали, что я всячески хвалил его, поэтому и он сообщил Карлу Шестому, как у него оказался двуручный меч, акцентировав внимание на том, что победа досталась мне с одного удара, а потом и вовсе заявил, что я лучший фехтовальщик во Франции и не только. Оливье де Клиссона решил, что подобные похвалы в мой адрес — это немного чересчур, так что первое приглашение за королевский стол стало для Хайнрица Дермонда и последним. Зато все остальные сеньоры и особенно маршал Луи де Сансерр были рады видеть его в своих шатрах.
На следующий день мы подошли к Ипру. Я помнил, что здесь в Первую мировую войну будет впервые применен отравляющий газ, который в честь города назовут ипритом. Город был не меньше Брюгге. Его защищали два рва шириной метров десять каждый, между которыми палисад на высоком валу, а за ними каменные стены высотой метров девять с двумя ярусами деревянных галерей сверху и круглыми башнями высотой метров двадцать. Если бы и горожане были под стать укреплениям, мы бы никогда не взяли город, даже несмотря на наличие трех огромных бомбард калибра миллиметров пятьсот, каждую из которых тащили двадцать четыре лошади, запряженные цугом. Ипрцы мудро решили не рисковать. Бучу затеяли гентцы. Вот пусть и расхлебывают. Чем сильнее пострадает Гент, тем больше выиграет Ипр. Делегация горожан встретила нас за милю от города. Одеты все были роскошнее, чем патриции Ла-Рошели. Жаль, день был пасмурный, а то бы мы ослепли от блеска золота на их нарядах. Они согнулись перед королем Франции и графом Фландрии и заверили их, что нечистый опутал, что больше такое не повторится. По крайней мере, до тех пор, пока французская армия будет во Фландрии. Карл Шестой, то есть, Оливье де Клиссон, и Людовик де Маль сделали вид, что поверили им. Они тоже понимали, что на осаду Ипра уйдет слишком много времени и сил. Ипрцы согласились заплатить штраф в пятьдесят тысяч флоринов при условии, что в город войдут только король и граф со свитами.
Мой отряд расположился на лугу возле леса километрах в двух от Ипра. Оттуда было удобно совершать налеты на деревни, которые пока были на стороне мятежников. Фламандские деревни богаче французских и английских. Большая часть домов каменные, хотя леса вокруг пока много. Лидер фламандцев Филипп ван Артевельде заверил своих сторонников, что мы не сумеем перейти через реку Лис, поэтому крестьяне не успели спрятать ценные вещи, урожай этого года и девок и молодых женщин. Часть захваченных продуктов мы оставляли себе, а остальное продавали коннетаблю. С продуктами в армии начались перебои, потому что парижане задержали обоз со снабжением для армии. Жителям французской столицы не по душе была война с жителями фламандской столицы. Когда я предложил Бодуэну Майяру наработанную с другими интендантами схему по распилу казенных денег, интендант решил, что плохое отношение ко мне коннетабля — не помеха для его личного обогащения. Правда, приветливее лицо интенданта не становилось, даже когда пересчитывал откат. Угрюмой рожей он напоминал мне российских чиновников, особенно силовиков