— У нас приятная новость, — начал Жан де Вьен и сделал паузу, чтобы новость дозрела и стала еще приятнее. — Пять дней назад умер король Эдуард! — торжественно объявил он, после чего отсалютовал глиняной кружкой с элем и пожелал: — Упокой, господи, его душу!
— Аминь! — произнес я и тоже выпил эля.
— Всем судам запретили выходить в море, чтобы мы не узнали о его смерти, пока не коронуют наследника, — продолжил сухопутный адмирал. — Я приказал самой быстрой галере без остановок грести в Париж. Уверен, что наш король наградит их по-королевски за такую приятную новость!
— Да уж, англичане лишились своего самого талантливого короля-полководца за все время существования королевства. Если не считать Вильгельма Завоевателя, — поделился я личным мнением.
— Согласен, — произнес Жан же Вьен, — хотя Ричард Львиное Сердце мне больше нравится.
— Ричард был рыцарем, а не королем, — возразил я.
— Вот за это он мне и нравится, — произнес сухопутный адмирал и пожелал и второму покойному английскому королю: — Упокой, господи, его душу!
— Аминь! — повторил и я и опять приложился к кружке с элем. — Что будем дальше делать? Английской армии, как понимаю, сейчас не до нас. Двинем на Саутгемптон?
— Сначала ограбим все, что западнее его, а потом посмотрим, — решил Жан де Вьен.
— Для таких городков наша армия слишком велика, — сказал я.
— Разделимся на несколько отрядов, — предложил он. — Так больше вреда нанесем и добычи захватим. Я хочу, чтобы каждый наш солдат вернулся домой, одетый в шелка и с полным заплечным мешком добычи, как когда-то возвращались из шевоше англичане.
— Не сомневаюсь, что солдаты с радостью выполнят такой приказ! — весело произнес я и предложил: — Если придашь мне адмирала Эрнандо де Леона, мы захватим Дартмут и Плимут.
— Поговорю с Фернандо Сосса, — пообещал Жан де Вьен. — Надеюсь, он будет не против. Кастильцы считают, что ты почти такой же хороший моряк, как они, — лукаво произнес он.
Я не стал спрашивать, комплимент это или повод для ссоры с кастильцами.
27
В Дартмуте если и сделали выводы после нашего прошлогоднего нападения, то не успели претворить в жизнь. Заваленные нами бревна частокола вернули на место, но больше ничего не сделали для укрепления города. У пристани стояли под погрузкой два купеческих корабля, большие, двухмачтовые, и еще один, поменьше и одномачтовый, ожидал на якоре, когда освободится место. Мои бригантины узнали сразу и, как только увидели их, заколотили в полошный колокол. От пристани и от морского берега, где рыбаки выгружали улов из лодок, побежали люди к городским воротам.