Была одна записка на холодильнике, которую Артём мне накануне положил в сумку, и которую я нашла случайно, когда искала зубную щётку.
Записка была короткая. Тем же почерком, что у меня в понедельник утром на кухне.
«Полина. Я тебя люблю. Я тебя не отпущу. А. »
Я улыбнулась.
Я в эту минуту не могла знать, что эта записка — последняя простая записка моей старой жизни.
Я не могла знать, что в понедельник всё это закончится.
Я была счастлива.
Это, я думаю, и было самой страшной частью.
Глава 23. Подслушивать не моё. Знать правду — моё
Я проснулась в понедельник в шесть утра.
Не потому что у меня будильник. Я проснулась сама. С тем тихим утренним ощущением, которое появилось у меня впервые в этот ноябрь, и которое я расшифровала как «у меня в жизни всё хорошо». Я раньше не знала, что у этого ощущения есть свой особый утренний оттенок. Я его не определяла. Я его впервые почувствовала.
Я лежала. Я смотрела в потолок. Я улыбалась.
Я хочу зафиксировать одну деталь. Я не из тех людей, кто улыбается, когда никто не смотрит. У меня лицо обычно нейтральное в одиночестве. Я в это утро в шесть часов в моей пустой спальнележала и улыбалась . Это, я думаю, был верхний предел моей жизненной шкалы за последние шесть лет.
В шесть пятнадцать я встала.
Я в этот день должна была быть на работе в восемь. У меня в десять презентация Соловьёву. У меня в сумке должен был быть мой рабочий ноутбук. Я обнаружила, что я ноутбук в пятницу забыла на своём столе в офисе.
Я выехала в офис в семь. Я планировала забрать ноутбук, проверить почту, и доработать одну деталь презентации до прихода Димы и Сони.
Я в эту минуту думала, что у меня хорошо складывается утро.
Ох, как я была неправа.
* * *
В офис я приехала в семь тридцать.
В здании было тихо. На ресепшене сидел дежурный охранник Серёжа, я его знала, мы по утрам иногда вместе пили кофе. Серёжа кивнул мне. Я кивнула Серёже.
Я зашла в лифт.
Я нажала свой этаж.
Я в лифте посмотрела на себя в зеркало. Я была в чёрных брюках, в простой белой блузке, с распущенными волосами, без макияжа (я по утрам в офис обычно без макияжа, наношу его на ходу). У меня в зеркале лицо было нормальное. Спокойное. С тем выражением, которое я наблюдала впервые:счастливое .
Лифт открылся.
Я вышла.
В коридоре было пусто.
Я пошла к своему кабинету.
По дороге я проходила переговорную — стеклянную, угловую, ту, в которой обычно проводят встречи Артём, Кирилл и Игорь, когда у них что-то срочное.
В переговорной горел свет.
Это в семь тридцать утра былонеобычно .
Я остановилась.
Я остановилась не потому, что я хотела подслушивать. Я остановилась, потому что свет в переговорной в это время — это значило, что у нас в холдинге происходит что-то срочное, и я как старший разработчик имела право знать.