А потом, когда они снова оказались на Соборной площади, Даня схватил Мию за талию так внезапно, что она вскрикнула, и взлетел вверх, на стену.

Они оказались в узком проходе. Направо от них была сторожевая башня, в которой, прислонившись к стене, дремал, сложив руки на груди, совсем молодой парень в простой рубахе и шароварах. Рядом с ним к стене была прислонена алебарда.

Даня зашел в башню, склонился над парнем, с совершенно хулиганским видом помахал перед его лицом рукой.

— Крепко спит! — хмыкнул он, — а нас сейчас видно!

— Что⁈ — охнула Мия, — А ну, немедленно сделай нас невидимыми! А если он увидит!

— Боишься? — продолжил подначивать Даня. Крылья он убрал тут же, как они приземлились на стену.

Он вышел из башни, вернулся на открытый участок стены, вытащил из кармана пакет с пирогами, с хитрой улыбкой протянул один Мие.

Та, все еще не понимающая, скрывает их магия или нет, закатила глаза, встала рядом и принялась жевать, разглядывая идущие по реке плоскодонки.

— А какой была Москва, когда ты тут поселился? — спросила она.

— Почти такой же, — Даня тоже не отрывал взгляд от воды.

С их места открывался вид на Москву-реку: узкую, совсем не такую полноводную, какой она станет в XX веке. То тут, то там по берегу женщины с большими тазами мыли белье.

И Даня пустился в рассказы: как он начал жить у Сухаревой башни, как нашел работу в трактире, какими были посетители. Улыбался воспоминаниям, шутил, и Мия смеялась, расспрашивала его про все мелочи, а он отвечал без раздражения, открыло и легко.

Она не знала, сколько времени они провели за такой простой болтовней. Пакет с пирогами оказался пуст. Молодой стражник продолжал спать, то и дело срываясь в храп.

Даня вдруг оперся о стену, подтянулся, и через мгновение запрыгнул на «ласточкин хвостик» — на один из зубцов стены.

— Что ты творишь! — испугалась Мия, а Даня наклонился и потянул к ней руки.

— Иди ко мне! — подмигнул он.

Он может подмигивать?

Мия насупилась, совершенно неестественно, словно мать, которая понукает заигравшегося ребенка.

Даня фыркнул, мягко потянул ее на себя и с такой легкостью поднял на зубец, словно она ничего не весила.

— Какую еще глупость ты решил вытворить? — места было мало, и потому они стояли тесно, а Даня еще и придерживал ее за талию, чтобы не упала.

— Хочешь еще полетать? — хмыкнул он.

— Всегда хочу, — кивнула Мия, понимая, что подписывается под какой-то очередной авантюрой.

— Веришь мне? — он улыбнулся шире, — не будешь бояться?

— Не буду. Верю.

Она закатила было глаза, чтобы скрыть смущение, но в следующую секунду истошно закричала, потому что Даня, прижав ее к себе сильнее, оттолкнулся ногами от крыши зубца. Они полетели вниз, свободно, без опор… и тут же взмыли вверх, подхваченные серыми крыльями.