Она послушно подается навстречу. Мокрый живот соблазнительно прогибается, трется об меня так откровенно и сильно, срывая мне голову окончательно. Чувствую, как она начинает горячо, частыми спазмами пульсировать прямо на мне.

Догоняю ее через долю секунды. Жестко, в башке натурально взрывается всё. Вхожу в нее поглубже, вжимая спиной в зеркало, и рычу сквозь стиснутые зубы.

Пока нас обоих еще потрясывает от откатов, не могу остановиться, прохожусь губами и языком по ее щекам, подбородку, ключицам, выцеловывая всё, до чего могу дотянуться. А она висит в моих руках, разомлевшая и податливая, позволяя мне сминать, трогать и гладить ее везде, где я только захочу.

— Ну что, малыш, куда тебя теперь грузить? — хрипло выдыхаю я ей в макушку, поглаживая влажную спину. — Дотащимся до душа или сразу в кровать упадем?

Мара устало вздыхает и уютно утыкается лбом мне в плечо.

— Душ потом… Давай просто полежим, а? Я за эти выходные по скалам так напрыгалась, что ноги вообще не держат. Никаких сил нет шевелиться.

Сам только за такой расклад. Подхватываю ее на руки и несу в спальню. Аккуратно сгружаю свою девочку в гору подушек, забираюсь следом и сразу подгребаю к себе под бок, вжимая спиной в свой торс.

— Я сейчас в клуб сгоняю по-быстрому, с бумагами раскидаюсь и сразу обратно к тебе, — лениво сообщаю я, покрывая легкими поцелуями ее плечо. — А вечером мы для всех пропали. Закажем жрать, врубим какую-нибудь херню на экране и будем просто валяться в обнимку. Заметано?

Мара довольно жмется ко мне, переплетая наши ноги.

— План просто идеальный… — сонно мурлычет она, а затем чуть оживляется, поворачивая ко мне голову: — Слушай, Глеб, а что мы Камилю твоему на свадьбу дарить будем? У меня тут мысль появилась… Мне же фотик скоро новый приедет, просто пушка, а не техника. Может, я им классных кадров наделаю? Память всё-таки крутая останется.

Поглаживаю ее по голой пояснице, очерчивая большим пальцем ямочки над ягодицами. Сам про себя откровенно усмехаюсь. Да Камилю сейчас такой болт на всё положить. Он сейчас в абсолютно глухом любовном коматозе. Вообще не удивлюсь, если он нас на этой свадьбе в упор не заметит, даже если мы прямо перед его носом маячить будем.

— Малыш, расслабься, вообще не грей голову с этими подарками, — хмыкаю я, зарываясь носом в ее волосы. — Туда можно с пустыми руками привалить, ему побоку. У мужика сейчас весь мир до размеров одной девчонки сузился, он кроме нее нихера не видит. Ему осталось только заделать ей ребенка, и всё — суши весла. Финиш всем приключениям, глухой семейный капкан. Мы просто придем красиво лицами посветить.