— У тебя радары отсохли или экран окончательно оптику выжег? — ровно интересуется он. — Ты бы хоть белую трость себе прикупил.

Неохотно отлипаю от экрана.

— Зачитался, Камиль.

Он замолкает и просто сверлит меня своими черными глазищами. Бля, вот сколько лет с ним бок о бок живу, а от этого взгляда патологоанатома до сих пор иногда первобытный холодок по хребту пробивает. Жуткий он всё-таки тип.

— Что по контрактам с логистами? — рубит он без лишних прелюдий.

Пожимаю плечами, переключаясь в рабочий режим:

— Всё ровно. Клиенты окучены, условия продавлены по нашим тарифам. Все подписи стоят там, где должны. Сканы со всеми приложениями уже висят у тебя на рабочей почте, оригиналы лежат в нижнем сейфе. Можешь сверять.

Камиль впечатывает меня взглядом еще сильнее, сука, будто сканером просвечивает черепную коробку, пытаясь найти хоть малейший проеб. Тишина звенит натянутой струной. Наконец, он еле заметно дергает подбородком.

— Добро. Убедил, — сухо чеканит он, делая шаг в сторону. — Можешь пока коптить это небо дальше. Иди жри.

Топаю на кухню, быстро закидываюсь остатками еды. Пора. Моё время. Вроде даже отоспался. Короткий ледяной душ, прыгаю в свою красавицу и качу к «Колизею».

Басы долбят так, что вибрирует асфальт под ногами еще на подступах. Толпа у входа бурлит.

Огибаю сборище и подхожу к служебке. За спиной — резкий шорох. Какое-то дерганое движение. Резко разворачиваюсь.

В паре метров стоит какой-то хмырь. Смотрит на меня с такой маниакальной ненавистью, будто я лично вырезал всю его семью и заставил его на это смотреть.

— Потерял что-то или рамсы попутал? — ровно интересуюсь я.

Он зло сплевывает под ноги, нервно моргая воспаленными глазами.

— Чё, сука, сладко чужих баб по койкам валять?

Да вообще-то охуенно, но тебя это каким боком ебет, болезненный? Сканирую его лицо — ни одной знакомой черты. Вообще левый пассажир.

— А ты соцопрос проводишь или подрочить не на что? — лениво приподнимаю бровь.

Его аж трясет. Желваки на скулах ходят ходуном, глаза наливаются кровью. Мужик явно на взводе.

— Какого хуя ты вообще к ней полез, уебок?! — рычит он, сжимая кулаки.

К кому «к ней»? Я в этом месяце только Елену Владимировну пользовал. А её муженька я в лицо знаю прекрасно, мы с ним на прошлой неделе вискарь глушили на переговорах. Неужто эта стерва еще и с этим отбитым психом кувыркалась? Ну дает, ненасытная.

— Ты давай без ребусов. Имя, фамилия, суть претензии. Говори конкретно, — говорю я, чувствуя, как внутри начинает закипать адреналин.

Он делает резкий шаг ко мне, кривя губы в психованной усмешке: