— А откуда вообще взялись эти припасы? — Я указала рукой на стол.
— На последней оставшейся кухне всё еще дежурят здоровые члены экипажа, они делают всё, что в их силах. Мы не можем позволить людям просто умереть с голоду.
Это подвело меня к самому очевидному вопросу, который я до сих пор так и не удосужилась задать.
— А сколько вообще людей осталось в живых на этом борту?
Она набрала в легкие воздуха, собираясь ответить, но внезапно замялась, и я сразу ухватилась за эту возможность.
— Вы ведь и сами не знаете, верно? — спросила я. Было трудно скрыть волнение в голосе.
Ралука покачала головой:
— Мы еще даже не обходили каюты комната за комнатой…
— Значит, там наверху вполне могут оставаться больные люди. — Я указала пальцем вверх, намекая на все остальные этажи. — Слишком больные для того, чтобы хотя бы суметь позвать на помощь.
— Нас и здесь уже затапливает с головой…
— Но что, если прибудут медицинские суда, а они не заберут вообще всех? Там в каютах могут сотни людей оказаться в ловушке, лежа в постели с высокой температурой.
Её глаза сузились, и она смерила меня еще одним профессиональным взглядом, медсестра медсестру.
— И насколько же большим, по-твоему, будет это медицинское судно?
Недостаточно большим.
— Но разве мы не обязаны это выяснить? — продолжала настаивать я. — Может, мы могли бы перевести их вниз или ставить крестики на дверях, хоть что-то.
Что угодно, лишь бы получить официальное разрешение на обход кают. Если потребуется, я бы весь этот чертов корабль по винтику разобрала, чтобы найти Ашера.
— Если вы не санкционируете это, я всё равно пойду и сделаю это сама. Вы меня не остановите. — Мой голос сорвался на крик, отчего Ралука нахмурилась.
— Я пойду с ней, — вызвался Хорхе.
Из-за своего стола на этот шум вышел доктор Хаддад и с одинаковым неудовольствием окинул взглядом нас всех. Ашер уверял меня, что он компетентен, но я сильно сомневалась, что этот человек хоть когда-то обладал нормальными навыками общения с пациентами. Ралука наклонилась, чтобы что-то прошептать ему на ухо, и он тяжело вздохнул.
— Могут идти пять человек. — Он поднял два пальца и указал на Хорхе и меня. — Вот эти суетологи. А затем… — Он принялся оглядываться по сторонам. — Она. — Он указал на женщину, чей сын был ровесником Рори, я предположила, что её кандидатуру одобрили просто потому, что её нужно было убрать подальше от него. — И он, и вы. — Он ткнул пальцем сначала в мужчину с пугающе неестественным автозагаром, а затем в Натаниэля, стоявшего в самом конце.
Я почувствовала внутренний трепет от того, что его включили в нашу группу. Может, мне представится шанс поговорить с ним наедине.