— Выметусь, когда наемся! — Она принялась жадно разглядывать коллекцию подносов за моей спиной и сделала угрожающий шаг вперед.
Я могла либо рвануть к телефону, либо схватить стул у письменного стола. По какой-то причине стул показался мне более надежным вариантом защиты. Я подняла его повыше и принялась водить им перед собой, словно я была укротителем львов в цирке.
— А ну, блядь, назад. Я серьезно. Сделай это прямо сейчас.
Она с кряхтением опустилась на корточки. Горка картофеля фри, с которого я начисто слизала всю соль, как раз лежала на самом верху мусорного ведра. Она выгребла их оттуда руками и запихнула прямо себе в пасть. От одного этого зрелища мне снова дико захотелось блевать.
— Убирайся, убирайся, убирайся! — закричала я, всё сильнее повышая голос.
Она вскинула на меня взгляд и закричала в ответ, точно так же громко, как и я, издав какой-то утробный, животный звук. У неё во рту вскипело что-то похожее на пену.
С противоположной стороны двери нашей каюты раздался громкий, настойчивый стук, и мужской голос спросил:
— У вас там всё в порядке?
Эмили отперла дверь ванной и вылетела наружу с пронзительным криком:
— Папа!
Странная женщина проследила за её движением, с пугающей скоростью развернулась и припустила за ней вдогонку, словно девочка была для неё бегущим чизбургером на ножках. Эмили распахнула входную дверь и успела выскочить в коридор, а женщина неслась прямо у неё по пятам. Я швырнула стул на кровать и на полной скорости помчалась за ними, и выскочила в коридор как раз вовремя, чтобы увидеть, как Хэл делает шаг вперед и со всей силы прикладывает эту женщину тростью прямо по голове.
Она рухнула на пол с глухим треском, а Хэл встал над ней, готовый вкатать ей еще раз. Когда она не пошевелилась, он перевел взгляд на меня, тяжело дышащую в дверном проеме.
— Ты как, цела? — выкрикнул он.
Я кивнула, оценивая ситуацию. Сбитая с ног женщина дышала, но больше никаких признаков жизни не подавала.
— Дерьмо.
ГЛАВА 16
Сильное сотрясение мозга? Субдуральная гематома? Черт, черт, черт.
Я опустилась на колени. Мне совершенно не хотелось прикасаться к ней, она ведь наверняка была вся покрыта микробами, но… Я приподняла её веки и проверила, не расширены ли зрачки, а затем ощупала её голову на предмет вмятин. Она не истекала кровью, но он приложил её знатно, и рухнула она основательно. Она была горячей, прямо как те дети до неё.
— Я спросил — ты в порядке? — снова переспросил Хэл, прерывая меня. Он указал пальцем на боковую часть своей головы. — Мои слуховые аппараты отключены.