Я вернулась в тепло каюты, намертво заперла за собой двери балкона, плотно задернула шторы и попыталась проигнорировать тот факт, что кровать, на которой я свернулась калачиком, была слишком уж огромной для меня одной.
Неужели того мужчину кто-то намеренно столкнул за борт? Например… Ашер? Я поморщилась и закатила глаза от этой мысли. Нет, он не кричал во время падения — я бы обязательно услышала. Он прыгнул сам.
В своем воображении я сочинила для него целую трагическую историю. Он был на борту со своей единственной дочерью; его жена умерла при родах давным-давно. Когда его дочь заболела, подхватив ту же заразу, что была у Томаса, и умерла, он в порыве горя просто швырнул себя за борт.
Это было мелодраматично, в духе старых сказок или трагических мифов. Но я всё равно находила в этом определенное утешение, потому что это была законченная история. А истории обязаны иметь хоть какой-то смысл, в отличие от того, как в последнее время со стороны выглядела моя собственная жизнь.
***
Я не помнила, как уснула и была ли вообще уставшей. Но иногда мой организм просто отключался на фоне сильного стресса, и, возможно, беременность, а также тот факт, что я почти ничего не ела, но при этом меня дико рвало, дали о себе знать. Я проснулась от какого-то шума и суматохи прямо в коридоре, когда солнце уже начинало садиться, и посмотрела на будильник на пустующей половине кровати Ашера: было 8 часов вечера по местному времени. Не прошло еще и двенадцати часов с тех пор, как он ушел.
ГЛАВА 14
Я подумала о том, чтобы взять маску с собой. Но если бы я прихватила её, существовал шанс, что люди захотят узнать, откуда она у меня взялась и что во мне такого особенного? Я сильно сомневалась, что они были устроены как спасательные жилеты, по штуке на каждого человека на борту. Я насмотрелась на психологию толпы в больнице и меньше всего хотела её провоцировать. Кроме того, если то, что Натаниэль натравил на нас, было настолько заразным, я, вероятно, уже подверглась этому воздействию. Я просто решила ни к чему не прикасаться, не подходить к людям на расстояние воздушно-капельного переноса и довериться своему мединскому иммунитету.
Я приоткрыла дверь и прислушалась и абсолютно все голоса, что доносились до меня, были злыми. Я аккуратно выскользнула наружу и пошла по коридору.
— Вы издеваетесь? У меня сегодня вечером забронирован столик вLe Poisson Affamé , — выговаривал впереди мужчина в костюме, безбожно коверкая произношение. — Я забронировал его еще до того, как вообще ступил на этот борт!
Я подошла к хвосту небольшой группы людей, жаловавшихся двум сотрудникам круиза, выставленным у лестницы, и заметила, что световые индикаторы этажей над лифтами полностью погасли.