— Это было капельку резковато, — заметил Хорхе, вскинув свои идеально выщипанные брови с намеком на забавную улыбку.
— Прости, — буркнула Кейт.
— И не думай извиняться. Мне чертовски нравится твой стиль.
Я выразительно кивнула ей:
— Больше никто и никогда не называет это спасательным судном, идет?
Они оба кивнули.
В коридоре снова появились Мариус и его группа.
— Ну как, есть успехи?
— Можно я нацарапаю член на дверном косяке? Мне кажется, этот символ будет наиболее точно описывать повадки обитателей этой каюты, — вставил Хорхе.
На лице Мариуса отразилась та самая страдальческая гримаса, которая ясно давала понять: он с самого начала знал, что это была плохая идея.
— А как дела у вас? — спросила я.
— Никого не оказалось дома. — Мариус поднял вверх мастер-ключ. — Двигаемся дальше.
ГЛАВА 23
Мы постучали в следующую дверь, пока Мариус отпирал её для нас. Я не знала, радоваться мне или огорчаться тому, что никто не ответил. Я переглянулась с Хорхе и Кейт, и вместе мы толкнули дверь внутрь. Каюта была грандиозной. В буквальном смысле. Здесь были высокие потолки и даже пианино, декоративно прикрученное болтами к полу. Я сверилась со списком.
— Мистер и миссис Инман? — позвала я.
Никакого ответа. Хорхе пожал плечами и зашагал внутрь. Мы вошли в гостиную, которая была больше некоторых квартир, где мне доводилось жить. Мы с Кейт пошли направо, а Хорхе двинулся налево. Дальше шла роскошная ванная комната с огромным душем и такой же огромной ванной: мили мрамора, изысканно мягкие полотенца и дорогие крема с лосьонами, этакая штукатурка для богатых стариков. Затем показалась спальня с огромным плоским телевизором, где повсюду были раскиданы одежда и обувь. Здесь никого не было. Все их пожитки, одежда, туалетные принадлежности оставались на месте. Это был город-призрак — фешенебельный, мать его, город-призрак. Ашера нигде не было видно.
Мысли Кейт всё еще крутились вокруг предыдущей каюты.
— Те люди живут в такой же комнате, верно?
Я буркнула:
— Скорее всего.
Глаза Кейт гневно сузились.
— Почему я должна была потерять своего сына, а у них есть всё это?
— Одна из паршивых загадок этой жизни, — ответил ей Хорхе из коридора. — Здесь чисто, но дверь на балкон на этой стороне не заперта.
Балконная дверь на нашей стороне была закрыта, но я всё равно вышла наружу, просто на всякий случай. «Мараскино» швыряло из стороны в сторону, и я осознала, что на этом высоком этаже качка ощущалась гораздо сильнее, что творило с моим желудком самые недобрые вещи. Мне не хотелось слишком сильно перегибаться через край и разглядывать любителя вина по соседству, хотя между каютами была установлена массивная перегородка, чтобы жильцы каждого роскошного номера чувствовали себя обладателями своего личного уединенного вида, но я всё же посмотрела вниз. С высоты девятого этажа вода казалась пугающе далекой.