— Я полезу! — Закричал я, — а вы тяните!
Внезапно с железным звоном что-то брякнуло о крышу комбайна. Потом снова и опять. По трассе заскакали упавшие с неба кусочки льда.
— Вот засада! — Закричал Сергей и добавил матом, — град!
Глава 21
Вокруг стало барабанить льдом. Небольшой, но болючий град колотил по рукам, шее, голове. Чувствовался даже через одежду и кепку.
— Бросить⁈ Бросить, что ли? — Кричал Юра, — давай по машинам⁈
— Нет! Нельзя! — Заорал Сергей, ослабляя зацепившийся полог, — а вдруг комбайны побьет? Чего тогда делать? Стекла им повыбивает! А мы крайнее!
— Думаешь, — Юра закрылся рукой от мелкого льда, — думаешь, спасет эта тряпка технику⁈
— Спасет не спасет, — крикнул я, вскакивая на платформу для техники по стыковочной цепи, что висела ступенькой на низком борту, — но это единственная защита, что у вас имеется! Так что давай за работу!
— И то верно! — Заорал Сергей, — так что давай не языком работать, а руками!
Юра, весь мокрый от дождя, покривился очередному удару градины и кивнул. Побежал на ту сторону, чтобы заняться пологом там. Я же полез вверх, по лесенке комбайна к шнековой трубе, которая препятствовала тому, чтобы можно было накрыть машину пологом.
Сам тент мотало на уже не таком сильном, но все еще ощутимом ветре. И хотя полог уже не поднимался парусом, все еще вздувался время от времени пузырями. Морщился от ветра.
На обеих платформах было по два комбайна. И чтобы нормально их накрыть, придется лазить по машинам, как матрос по корабельным снастям. Нужно было пропустить покрывало над сложенным у борта шнеком, бункером и прямоугольной, вытянутой вверх кабиной.
Град постоянно тарахтел по железу машин и платформы. Шумел пологом. При этом был он все еще небольшим. Однако в любую секунду мог ледяной поток усилиться, укрупняться. Тогда тент не спасет комбайны, да и остальным машинам: тягачу да Белке придется очень туго. Но руки опускать мы не собирались.
С платформы, что вела в кабину, я запрыгнул на плоский короб бункера. Стал отцеплять тент от шнековой трубы, пропускать над верхом комбайна. Юра с Сергеем следовали за мной по обеим сторонам. Они по-новой натягивали и крепили полог.
Тут, даже на такой высоте, ветер чувствовался сильнее. Пока я стоял на скользкой от дождя обшивке машины, меня качало все новыми порывами, секло по рукам льдом.
Когда я пропустил тяжелый вал свернутого тента над крышей самого заднего комбайна, то спустился. Юра с Сергеем придержали. Оба мокрые, в облипившей все тело одежде, неустанно крепили они покров, насилу не давали ветру заново сорвать тент с укутанной нами машины.