Все судьи переглянулись. Знал я, по прошлому моему опыту, что редко кто на судах давал председательствующим отводы. И судьи привыкли это важное правило зачитывать просто ради ритуала. И сейчас коллегия сделала удивленные лица. Серый же, сделал непонимающее.
— В отношение вас, — указал я подбородком на седого, — простите, забыл имя, отчество.
— Кирилл Денисович, — сказал с немного удивленным видом он, потом как-то испуганно покосился на Ирину Степановну.
— Значит, — засопела Ирина Степановна, — вы ходатайствуете об отводе Кириллу Денисовичу?
— Совершенно верно, — начал я четко и стройно, как юрист, — считаю, что он прямо или косвенно заинтересован в том, чтобы товарищеский наш суд вынес постановление в пользу тов… В пользу Павла Серого.
Судьи переглянулись. Пошептались.
— Шофер! — Донеслось из зала, — а говорит как ученый!
— Ты посмотри, какой смелый перед судом!
— Надо же, уверенно держится. Словно бы… словно в своей тарелке!
— Можно, — продолжала Ирина Степановна, — в таком случае узнать ваши доводы и их доказательства?
— Конечно, можно, — кивнул я, — значит, слушайте.
Глава 11
— Я утверждаю, — Начал я, — что у уважаемого судьи Кирилла Денисовича, существуют с Серым какие-то иные отношения. Может, они дружеские, может, еще какие другие. Однако в силу них, Кирилл Денисович не сможет принимать в отношении нашей ситуации хладнокровное решение.
Судьи переглянулись. Ирина Степановна смотрела на меня прищуренными своими глазками.
— Деловыми отношениями они быть не могут. Потому как, — я продолжал, — Павел Серый трудится у нас в гараже Шофером. А какое у Кирилла Денисовича постоянное место работы, я, признаться, не знаю.
В зале все зашептались. Вполголоса загалдела аудитория.
— Прошу, товарищи! По-ти-ше! — Повысила голос Ирина Степановна. В этот раз ее послушались быстро. — Я удивлена, — продолжала Ирина Степановна, — что вы не знаете Кирилла Денисовича. Он же директор нашего сельпо.
— Извините, — я улыбнулся, — из-за руля такие вещи не очень хороши видны. Но это только подтверждает, что у них, скорее всего, личные отношения.
— Что скажет на это, истец? — Спросила Ирина Степановна
Пашка, как бы подскочил на месте, но тут же неуверенно сел. Заозирался.
— Вставайте-вставайте, Павел Владимирович, — поторопила его судья.
Серый встал. Начал с трудом:
— Да нету у нас никаких особых отношений.
— Вы не согласны с ответчиком? Или согласны? А, Павел Владимирович?
— Не согласен!
— А что скажите по поводу отношений с Кириллом Денисовичес?
— Так я… это… — он замялся в нерешительности, — некоторое время думал, потом, наконец сообразил, — знаю я его просто. Вот увидел и поздоровался. А вот интересно мне, — вдруг лицо Серого утратило растерянный вид, — откуда Землицын об этом вообще знает?