Судьи переглянулись. По залу пошла новая волна галдежа.

— Откуда у вас все эти сведения? — спросила Ирина Степановна. — Есть ли у вас свидетель, после чьих показаний, суд найдет их достаточными, чтобы возыметь подозрения на то, что идет речь о преступлении?

— Конечно, — кивнул Серый, — есть свидетельница, что своими глазами все енто в тот день видала.

— И вы хотите ее допросить?

— Конечно, хочу.

— Игорь, — потрепала меня уже мама, — если что недоброе ты сделал, сознайся. Сознайся, Христом Богом прошу тебя.

— Ма, — обернулся я и со смешинкой посмотрел на мать, — да ты уж дойти до моих слов, а там уж рассудишь.

— Не трогай сына, — строго сказал отец, — слушай.

Мама запричитала что-то себе под нос, откинулась на сиденье.

— Роза Поликарповна, — сказал Серый, — встаньте. Будем сейчас вас допрашивать.

Роза Поликарповна — тучная женщина лет шестидесяти пяти встала, окинула всех строгим взглядом из-под вислых своих бровей.

Выглядела она как крепкая баба. Сбитое ее тело наряжено было в белую блузку. Поверх нее цветастый расшитый жилет. А также, носила бабушка просторную юбку столь же пеструю, как и жилет. Была Роза Поликарповна, против обыкновения, с непокрытой головой. Ее темно-русые волосы сваливались на затылке в большую дульку.

Растолкав сидячих вокруг нее крепким своим станом, баба Роза с достоинством вышла в междурядье. Пошла, к трибуне, высоко приподняв свой подплывший подбородок.

— Роза Поликарповна, — строго сказала Ирина Степановна, — свидетели должны приступать к трибуне только по вызову суда.

— А чего? — Нахмурилась Роза Поликарповна, — вы меня не вызывали?

— Нет, — холодным тоном ответила судья.

— Так, а Серый сказал, что б я шла.

— Только по вызову суда, — повторила Ирина Степановна.

— Ну знаете шо, — подбоченилась Роза Поликарповна крепкими руками, — не можно так народ гонять туды-сюды, как вам самим захоца. Если уж надо рассказать все шо знаю, так дайте, расскажу. А учить меня ненадобно, товарисч судья. Я и без вас ученая. Если уж на то пошло, вы против меня девочка, коль судить по возрасту.

— Замечание вам, Роза Поликарповна, — сказала немного изумленная ее поведением судья, — за неуважение к суду.

— Тогда, товарисч судья, — посмотрела зло бабка, — я вам тоже сделаю замечание. За неуважение к моему почтенному возрасту и всяческим разным трудовым заслугам. Я, между прочим, ветеран труда! И жисть свою на советскую власть поклала!

— Еще одно замечание, — Ирина Степановна нахмурилась, — предупреждаю. После третьего замечания я буду вынуждена удалить вас из зала.

Роза Поликарповна глянула на хмурого, как полено, Пашку Серого. Хмыкнула.