— Ну тут ничего не поделать, — пожал я плечами, — уборка идет полным ходом. А уборка — дело такое. Сами знаете, не мне вас, Петр Герасимович, учить. Всякое тут бывает. Вот и сегодня, — глянул я на завтоком, — случилось всякое. Да такое, что нужно ваше срочное внимание и помощь. Потому как вы самый ближайший к нашему шоферскому делу начальник. Да еще такой, кто в деле уборки непосредственное участие принимает.

— Ну нет у меня времени, Землицын! — Всплеснул руками завтоком, — нету времени, понимаешь⁈ Тут организация приема зерна в этом году мне всю плешь выела. Ох и корпел я над этим. Дело тут привычное, да не простое! Теперь вот, — он снова замолчал, покосился на чиновников, — товарищи с району прибыли. Тоже по важному делу. И не могу я их своим вниманием обделить. А теперь и ты! Чего мне, разорваться⁈ Поделиться на четыре части, чтобы всех вниманием своим объять?

— А чего вам разрываться? Чего делиться? — Изогнул я бровь, — послушайте вначале, чего я от вас прошу, а потом уже и руками всплескивайте.

— Землицын, — погрозил мне пальцем завтоком, — ты тут давай… Не это… не то самое…

— Петр Герасимович, — сказал вдруг рябой чиновник. Причем говорил он непривычно для кубанского уха, на твердую «г», как бывает в средней полосе, — давайте послушаем товарища. Вдруг там и правда что-то срочное, раз уж он залез к нам в окно, не стал ждать, пока мы закончим разговор.

— Верно, — воспитанно кивнул чиновник с пухлым лицом и залысиной, — даже преодолел нашего товарища Симонова. А Алексей упрямый. Мимо него так просто не пройдешь. Знает свое дело, если его о таком просят.

Завтоком уставился на обоих чиновников. Выдохнул и медленно опустился в кресло. Снял и протер и так чистые очки. Надел обратно.

— Ну чего у тебя там, Землицын? Что приключилось-то? — Спросил он более спокойным голосом.

— Авария на трассе, — сказал я, — один из наших рассыпал зерно. Там тонны три поперек дороги лежит.

— Да етить твою налево! — Махнув рукой, вспылил снова завтоком. Оказалось его, наступившее было спокойствие, напускным. Потом он замер, смущенно посмотрел на чиновников. Видимо, от возмущения, забыл он на краткий миг об их присутствии. Что-то совсем нервным стал Мелехов. Будто ко всем его заботам еще что-то его гложило. Что-то мне неведомое.

— Встречную мы очистили, — продолжил я, выждав пару мгновений, — но все остальное зерно нужно загрузить обратно в машину. Дайте мне на то людей. Я поеду обратным рейсом и доставлю их до машины. Пусть закидают в кузов.

— А как же так вышло-то? — Спросил завтком, — что зерно рассыпали? Это ж как надо было ехать, чтобы все растерять?