— Именно на это и рассчитываю.

Старшая прачка вмешалась:

— На следующей неделе загрузка будет.

Я повернулась.

— Откуда?

— Толь пришлет шерсть.

— Эсма Толь?

— Да.

— Мы еще не подписывали договор.

— Она вчера сказала Селме.

Селма, стоявшая у двери, пожала плечами.

— Я собиралась сказать после проверки.

— Почему после?

— Потому что если бы комиссия закрыла прачечную, разговор был бы бесполезен.

Тарен негромко спросил:

— Вы всегда так обмениваетесь информацией?

— Нет, — ответили мы с Селмой одновременно.

Он впервые за день улыбнулся по-настоящему.

Я отвернулась к рабочему коробу.

Не потому, что улыбка была неприятной.

Потому что слишком хорошо ее помнила.

Первую Чашу мы оставили на вторую половину дня.

Бассейн снова набрал рабочий уровень.

Сливной вентиль теперь закрывал новый замок, а положение рукояти отмечала двойная пломба.

Лаван осмотрел механизм.

— После вмешательства больше ничего?

— Нет.

— Охрана?

— Сторож проходит по графику.

— Кто имеет ключ?

Мира открыла журнал.

— Лиада Орваль, Селма Рин и Лисан Корд. Выдача с записью.

— Орин Хальт?

— Не имеет.

Орин, стоявший рядом, явно был этим недоволен.

— Я административный управляющий долины.

— Вы отвечаете за старые земельные и налоговые документы, — сказала я. — Технический доступ сейчас у работающей группы.

— Без моего ключа я не могу проверить объект в ваше отсутствие.

— Если понадобится, получите через журнал.

Тарен спросил:

— Вы ограничили его после ночного слива?

— Ограничила всех. У меня тоже нет постоянной связки от каждого помещения.

— Логично.

Орин резко повернулся к нему.

— Ваше сиятельство, раньше комплекс управлялся иначе.

— Раньше он был закрыт, — ответил Тарен. — Сейчас идет восстановление.

— Но госпожа Орваль находится здесь временно.

Я почувствовала раздражение, но Тарен ответил раньше.

— Ее срок проживания и статус заявителя по концессии — разные юридические вопросы.

Я посмотрела на него.

Он не защищал меня как жену.

Только точно разделил два документа.

И это оказалось гораздо полезнее.

Лаван попросил открыть слив.

Лисан снял пломбы, внес время в журнал и повернул вентиль на четверть. Вода ушла ровно.

Никакого заедания.

Потом закрыл.

— Самопроизвольного движения нет, — сказал он.

— Можно ли доказать, что одиннадцать дней назад вентиль открыли вручную? — спросил Лаван.

— Только по состоянию резьбы и нашему первичному акту. Следов конкретного человека нет.

— Значит, в заключении укажу: вероятное ручное изменение положения, лицо не установлено.

— Подходит.

Тарен стоял чуть дальше.

— Ты не хочешь усилить охрану?

Я посмотрела на него.

Первое «ты» за время проверки.