Он заметил инструменты.

— Зачем?

— Норрен — термальная долина.

— Закрытая.

— Я умею смотреть на закрытые трубы.

— Не вмешивайся в систему до окончания расследования.

Я посмотрела на него.

— Это приказ мужа или совет члена Палаты?

Тарен сжал губы.

— Совет человека, который не хочет увидеть твое имя рядом со второй аварией.

— Тогда сформулирован плохо.

— Лиада.

— Я не имею права работать на государственных объектах. Норрен закрыт и не действует. Я не нарушу постановление.

— Там погибло двадцать шесть человек.

— Одиннадцать лет назад.

— Именно.

— Ты сам выбрал это место.

На секунду ему нечего было ответить.

— Я выбрал его, потому что там есть дом и люди, которые смогут обеспечить тебя всем необходимым.

— Ты даже сейчас объясняешь, почему правильно решил за меня.

— Хорошо.

Он отступил.

Это короткое слово прозвучало устало.

— Что мне следовало сделать?

Я задумалась.

Впервые за последние сутки он задал вопрос, а не сообщил решение.

— Сказать, что происходит. Показать варианты. Спросить, что готова выбрать я.

— Ты выбрала бы тюрьму?

— Нет.

— Тогда итог тот же.

— Нет, Тарен. Итог похож. Это разные вещи.

Он смотрел несколько секунд.

— Я пока не понимаю разницы.

— Знаю.

Я села в карету.

Он не попытался поцеловать меня.

Я была благодарна.

Когда экипаж тронулся, Тарен остался стоять возле ступеней нашего столичного дома.

Я не обернулась второй раз.

Дорога в Норрен заняла четыре дня.

Чем дальше мы уходили от столицы, тем ниже становились дома и выше горы.

На второй день исчезли широкие мощеные тракты.

На третий снег лежал уже не только на вершинах, но и в тенях вдоль дороги.

На четвертый мой кучер трижды останавливался, чтобы проверить колеса.

— Дальше хуже, госпожа, — предупредил он.

— Я уже поняла.

— Последний участок никогда толком не ремонтировали после закрытия долины.

— Почему?

— Кому туда ездить?

Разумный вопрос.

Мы поднялись на очередной перевал.

И впервые я увидела Норрен.

Долина лежала глубоко между двумя темными горными хребтами. Узкая река делила ее надвое. На восточном склоне стояла деревня — несколько десятков домов, почти одинаковых под серыми крышами.

Выше, на каменной террасе, находился комплекс «Семь Чаш».

Даже издалека было видно, насколько он велик.

Главный корпус тянулся вдоль склона. Позади него стояли купальные здания с круглыми крышами. Еще выше темнели три длинные теплицы, большая часть стекол в которых была разбита. Справа находился гостевой дом.

Дорога к нему заросла.

Ни одного экипажа.

Ни одного работника.

Ни одного посетителя.

Только старые каменные стены.

Я должна была прожить здесь месяц.

Возможно, больше.