— Может, и не дырявый ты, гражданин Фесенко, но это совсем ненадолго! — не обратил я никакого внимания на извинения жулика, — Вот как запустим информацию в босоту по эту и ту сторону колючки о твоих подвигах разведчика, так и продырявят тебя. И заметь, продырявят тебя в самых разных смыслах! Запасайся вазелином, Вася!

Объект вербовки напряженно молчал, что-то обдумывая своими только что отбитыми мозгами. Это меня полностью устраивало и поэтому я молча крутил баранку, не мешая клиенту дозревать.

— Чего ты от меня хочешь, начальник? — угасшим голосом начал свой пошлейший торг лиходей-обзывальщик.

— Правды я хочу, Вася! — завершив манёвр по перестроению, ответил я, — Правду и ничего, кроме правды! Для начала скажи мне, Фесенко, кто тебя на бабки опустил? Но имей в виду, паскуда, если скажешь неправду или чего-то недоскажешь, я прямо завтрашним днём на тебе сосредоточусь! Все свои дела в сторону отодвину и заниматься буду только тем, что твою жизнь уничтожать!

Фесенко надолго замолчал. Это было нормально. Было бы намного хуже, если бы он сходу начал грузить меня словами. Сволочью, конечно, Василий был изрядной, но сволочью, далеко не глупой.

— Кореша, суки, меня нахлобучили! — наконец-то разродился гадский терпила, — Деньги забрали, какие при мне тогда были и пальцы тоже они переломали!

— Это по какой причине такие страсти? — прижался я к задам одноэтажного продуктового магазина, — Ты опять обзывался, что ли, Василий? Тогда почему пальцы, а не язык твой поганый? Колись, сука, чего я из тебя слова, как клещами тяну?!!

— Банчок в картишки мы в тот день замутили, — неохотно начал колоться Фесенко, — И черт меня дернул сменку кинуть. На том и попался! Деньги, все какие при себе были, забрали. А потом еще и пальцы каблуком… Суки рваные! — злобно оскалился Василий, опять продемонстрировав роскошную рандоль в верхнем ряду зубов.

— А на хера ты тогда, Вася, жизнь нам со старшим лейтенантом усложнить решил? — непроизвольно озлобился я непорядочностью стукача, да еще и шулера впридачу, — Зачем же ты, падла, в больничке про грабёж заикнулся? А потом еще и тёща твоя жалобу вот на него накатала?!! Требует, чтобы наказали виновных за то, что они твой грабёж раскрывать не хотят! А грабежа-то, Вася, оказывается, и не было вовсе!

— Сольёшь меня братве, начальник? — хмуро спросил фуфлыжник, — Какая тебе с этого радость?

— Радость невелика, но за твой поганый язык я тебя обязательно накажу! — равнодушно пожал я плечами.

— Не надо, начальник! — интонации Фесенко перестали быть независимо-угрюмыми, теперь он откровенно заискивал. — Меня ведь подрежут!