Герцог же улыбнулся коротко и едко.

— Да ничего, собственно. Просто пришёл сказать тебе, насколько ты жалок. Кто ещё сделает для тебя такое, если не я?

— Я очень тронут, — в голосе барона яда оказалось не меньше. — Если твоё мнение мне понадобится, непременно за ним обращусь.

— Ты уже обратился, как я вижу, — Удо посмотрел по сторонам, словно стоящий перед ним человек не был достоин даже взгляда. — Бродишь здесь с рассвета скорбной тенью, оставив рыжую в незнакомом замке одну. Совсем не думаешь о том, что ее может кто-нибудь обидеть. Просто чтобы досадить тебе. В тоске о милой Одетте ты наверняка даже спал сегодня на диване. Хотя… — он склонил голову к плечу, изображая задумчивость. — Постой, я вижу, что нет. И первым делом побежал сюда.

— А ты прибежал следом, — голос Вильгельма опасно сел. — Это ведь твоё надгробие стояло рядом с её могилой? Там остались следы.

Герцог коротко засмеялся и вскинул голову, отбрасывая упавшие на глаза волосы.

— Хочешь сказать, я поторопился убрать его?

— Сожалею, что не успел увидеть.

— Можешь взглянуть на любое другое, — Керн сделал широкий приглашающий жест в сторону открытой двери, но с места не тронулся. — Они все одинаковые. моё было такое же, как её. Но знаешь, что самое забавное? Живя со мной в этом замке, она ни разу не вспомнила о тебе.

Удо по-простецки опустил руки в карманы брюк, качнулся с пятки на носок, глядя в землю и не переставая улыбаться, и вскинул голову как раз вовремя — за секунду до того, как в лицо ему полетел кулак.

Кровь из разбитого носа брызнула на его светлую рубашку, попала на Монтейна.

Герцог над чем-то рассмеялся, покачал головой, давая понять, что именно этого и ожидал.

Проведя ладонью по лицу, он размазал кровь по подбородку, слизнул её с собственных губ, а потом ударил в ответ. Быстро, сильно, так, чтобы на скуле у барона остался отменный и недвусмысленный синяк.

Тот не успел увернуться, дёрнулся от этого удара, и тоже не остался в долгу.

Я едва успела моргнуть, не веря глазам своим, а они уже покатились по земле, поднимая огромное облако пыли.

Я закашлялась, когда она попала в нос, и бросилась вперёд, уже не боясь ни того, как они оба истолкуют моё появление, ни последствий, которые могут у всего этого быть.

— Уил! Герцог… Удо! Прекратите! Что вы!..

То ли не услышавший меня, то ли не обративший на меня внимания Монтейн ударил герцога по рёбрам. Тому почти удалось увернуться. Пользуясь моментом, он придавил Вильгельма земле.

— Она ещё и твою шкуру выгораживает!..

Они оба задыхались и почти рычали, но барон сгруппировался быстрее.