Дважды я использовала доставшуюся мне силу, чтобы убить. Впервые — случайно. На берегу озера — по доброй воле.
Пока мой род был что-то должен её хозяину, она должна была охранять нас.
Я остановилась, и чёрный экипаж замер на дороге, отстав от меня не больше, чем на десяток шагов.
Это было рискованно.
Это было безумием.
Это было единственным моим шансом.
— Ну давай, чёртова сука. Сбереги меня.
Я процедила это сквозь зубы, а потом собрала остатки сил и ринулась вперёд.
Весь мой гнев, весь мой страх, вся моя боль и досада — всё в эту минуту было направлено на них. На этих адских лошадей, на безмолвного кучера, на того, кто скрывался внутри.
Они всё-таки заржали. Не издали ни звука, ничего, что напоминало бы настоящих коней, но я почувствовала, как отчаянно, как яростно пошёл рябью воздух.
Экипаж двинулся вперёд и тут же замер, словно что-то попало ему под колесо.
Я обогнула его на бегу, и кони встали на дыбы. Чудовищные, огромные чёрные копыта с расколотыми подковами взметнулись в воздух прямо над моей головой, грозя опуститься на самое темечко, но я не позволила себе даже замедлиться.
Лес, по которому меня гнали, остался позади, впереди, уже совсем близко, виднелся новый.
За спиной произошло какое-то движение, — кучер спрыгнул на землю, — а мне под ноги подвернулся камень.
Я споткнулась о него, чудом устояла, но на следующем же шаге поскользнулась на влажной от росы траве и полетела вперёд.
Удар виском о шершавый ствол высоченной старой ели оказался последней каплей.
Всё.
Я больше не могла бежать, не способна была защищаться.
Оставалось только вскинуть голову, чтобы встретить свою участь лицом к лицу, и я обернулась.
Ни чёрного человека, ни чёрного экипажа на дороге больше не было.
Глава 16
Звуки и запахи вернулись.
Прозрачный, уже подсвеченный подступающей осенью рассвет наполнил лес, стерев кошмары прошедшей уже ночи.
Я ещё немного посидела под елью неподвижно, восстанавливая дыхание и пытаясь поверить в то, что за мной больше никто не гонится, а потом поднялась, опираясь на ствол.
Нужно было идти дальше — глубже в этот гостеприимный лес, прочь от пустой дороги.
Каждая клеточка в теле горела и ныла от боли, но интуиция подсказывала, что убраться отсюда мне стоило как можно быстрее.
По каким-то причинам Чёрный человек не мог больше следовать за мной, но это вовсе не значило, что он отстанет. Пугать меня с дороги, лишать воли и разума — это всё ещё было в его власти.
Вместе с тем, чем дальше я уходила в лес, тем надёжнее он меня скрывал.
Чужой, незнакомый мне и очень старый лес. Заблудиться в нём ничего не стоило, а страх перед тем, чтобы искать дорогу, был достаточно велик, чтобы эта прогулка могла стоить мне жизни.