— Что же получается, он своих же родичей умертвил? — поразился Гвоздев.

— Эта версия у меня в приоритете.

— И мальчонку он? — раздался вопрос лодочника.

Но на него следователь отвечать не стал, проигнорировал.

— А как же он их? — продолжил расспрашивать околоточный.

— Очень хороший вопрос, — похвалил его Зубов. — Способ у него необычный получился. Вроде как естественный, такой не каждый врач правильно оценит. Опять же, все на небывальщину списать можно.

Закатав рукав одной из жертв, следователь продемонстрировал околоточному две маленькие кровавые точки, вокруг которых образовался огромный синяк, из-за чего и укусы стали практически не видны.

— Вот, полюбопытствуйте.

— Это что же змей что ли? — не поверил собственным глазам Гвоздев.

— Уж не знаю, как ему это удалось, но все жертвы имеют схожие раны, но в разных местах.

— Получается, он мальчонку замучил, а когда цыгане попытались его остановить, Шептун на них змей натравил? — предположил околоточный.

Звучало не очень правдоподобно. Хотя события могли развиваться с точностью наоборот. Сначала душегуб приговорил весь Табор, а затем совершил злодеяния над цыганенком. Тем более, что со священником, судя по описаниям ран, произошло такое же истязание.

И тут Гвоздев задал следующий неудобный вопрос:

— Как же он гадам ползучим внушил такое?

Зубов часто слышал и читал в газетах, что в Индии существуют заклинатели змей. Пока играют на дудочке, та способна извиваться, вроде как танцевать, и выполнять разные команды заклинателя. С другой стороны, это же не собака. Да и в целом преступник, способный управлять змеями, выглядит очень уж невероятно. Прямо маг и чародей.

«Опять чертовщина какая-та», — подумал Зубов.

И тут, как назло, заговорил околоточный — и опять не про логичное, а про сверхъестественное:

— Так это что ж получается: Шептун себе в сподручники змеиного бога взял, которого Уром кличут. Он своими слугами легко управляется. Цыганом-то и невдомек, что они на чужую землю зашли.

Как только он это произнес, послышался крик. Оба представителя власти обернулись, уставившись на испуганного лодочника. Упав навзничь, он пятился назад, трясущейся рукой указывая куда-то вверх.

Туман быстро рассеивался, оседая на землю и открывая присутствующим ужасную картину. Высокие каменные столбы изображали огромных змей с раскрытыми пастями, которые были устремлены ввысь. Между ближайшими идолами и было распято тело цыганёнка. Не являлся он никаким оборотнем или вампиром — обычный подросток в разорванной грязной рубахе и холщовых штанах.

До этой минуты Зубов видел это злодеяние вскользь, сквозь туман. А теперь, когда дымка исчезла, на всеобщее обозрение показался отвратительный и мерзкий ужас, который сотворил неведомый душегуб.