— Пей, пей, друже, — внезапно тихим гортанным голосом произнес Фрол. — И слушай дальше, что тебе говорят. Глядишь, уму-разуму и наберешься. А то ведь сколько циклов завершил, но все в дураках ходишь. В пустом ведре воду ищешь, а ее и нет там.

Зубов остановился, поблагодарил селянина:

— Спасибо, — сказал сыщик. И, немного подумав, спросил: — Но кто же тогда убийца, вы мне скажите?

Медленно опустив крынку на землю, Фрол задумчиво осел на пол. Задумался. А пока думал, опять впал в некое забытье: голова его стала трястись под тяжестью мыслей. Внезапно, прикрыв уши ладонями, селянин громко забормотал:

— Нет, нет. Не надо. Я не скажу. Не надо. Я знаю. Сам, все сам. Должен!

И тут же послышался удар в деревянную дверь. Хлипкие ворота распахнулись вовнутрь. С улицы послышался шелест деревьев. Но темное грозовое небо не давало возможности рассмотреть тех, кто находился снаружи. Да и был ли там кто? Неизвестно.

Зубов попытался привстать, изогнул шею. Но смог рассмотреть лишь мрачные очертания конюшни и двух ближайших берез.

— Нет, не буду! — продолжал причитать Фрол. Было ясно, что он не в себе. И его душевная хворь усиливается.

Резко обернувшись, селянин вскочил на ноги и сделал несколько шагов к открытым воротам. Остановился, указал на сыщика.

— Это все она! Она ему наговорила, я ничего не рассказывал. Вот те крест!

Ветер на улице усилился. Тогда Фрол подбежал к воротам и, закрыв их на засов, вернулся к Зубову.

— Не верит, — прошептал селянин и принялся освобождать полицейского.

— Кто не верит? — не понял Зубов.

— Знамо кто, Он!

Сыщик вопросительно уставился на селянина.

— Шушмор, — осторожно прошептал Фрол и, разрезав веревку, освободил пленника.

В хлипкие ворота ударил новый порыв ветра. Но на этот раз ворота остались закрыты. А когда ударило снова, деревянную постройку сотрясло так, что стало понятно, — нового натиска природы она не выдержит.

Схватив масляную лампу, Фрол повел сыщика к выходу. Оказалось, что в дальней части гумна имелась лазейка. Раздвинув доски в стороны, селянин передал Зубову светоч и наставительно произнес:

— Запомни, теперь они знают, что здесь тебе проболтала Зизи. Беги и не останавливайся. Дай Бог, сможешь выбраться на Большую землю, тогда считай, спасся. Ну а коли не выйдет, так уж и не вспомнишь, о чем мы здесь с тобой говаривали.

Зубов кивнул, хотел поблагодарить Фрола, но понял, что язык не повернется сказать «спасибо!» человеку, который так низко обманул его, огрев поленом по голове.

Вырвавшись наружу, сыщик почувствовал прилив сил. Свежий воздух пьянил и дурманил, вынуждая думать, что произошедшее с ним всего лишь дурной сон. И даже если причина случившегося — душевная болезнь Фрола, все равно выходило все достаточно реалистично.