— Где вы сейчас? — голос Черкасова стал жёстким.

— Еду с частного аэродрома «Озерки» в сторону центра.

— Доезжайте до первого поста дорожной полиции и оставайтесь там. Я вышлю за вами сопровождение. Не вздумайте кататься по городу с трупом в машине!

— Принято, — отозвался я.

Я убрал телефон в карман и бросил взгляд на Чуфту. Она обернулась ко мне, ярко-зелёные глаза сияли в полумраке салона.

— Похоже, веселье впереди, — насмешливо сказала она.

— Я впечатлён тем, что ты ещё не разучилась шутить. — Я взглянул на её руки, которые слегка дрожали. — Как себя чувствуешь?

— Неловко. — Она провела руками по ногам, словно проверяя, на месте ли они. — И голодно. Мне нужна энергия, чтобы… закончить преобразование.

— Сейчас мне нечем тебя накормить. Если, конечно, в городе неожиданно не откроется аномалия. Придется потерпеть до утра. Возможно, получится стащить что-нибудь из лаборатории Марины.

Чуфта-Агата кивнула:

— А ещё… Где мне взять одежду? Неудобно появляться в доме светлейших князей… в костюме Евы.

Я вздохнул:

— Постараюсь что-нибудь придумать.

Мы подъехали к посту дорожной полиции. Я припарковался у обочины и вышел из машины. Навстречу нам вышел сержант в форме. Он бросил взгляд на номерной знак Барсика, после чего приосанился.

— Светлейший князь Николаев? — уточнил он.

Я кивнул.

— Нам сообщили о вашем автомобиле. Приказано задержать вас до прибытия сотрудников Четвёртого отделения.

— Прямо-таки задержать? — улыбнулся я.

— Ваша светлость, я в дела «Четверки» не полезу, — пробормотал сержант. — Сказано приглядеть за вами — будем приглядывать. Вам медицинская помощь требуется?

— Благодарю, я в порядке. А у вас здесь можно где-нибудь раздобыть кофе?

Сержант прищурился, но кивнул:

— Автомат в помещении, ваша светлость. Кофе у нас, прямо скажем, не очень.

— Жаль.

Я вернулся к машине и опёрся о капот. Чуфта с интересом наблюдала за всем этим, её зелёные глаза мерцали в полутьме.

Спустя десять минут к посту подъехали две машины с мигалками. Из первой торопливо вышел сам Черкасов в накинутом поверх костюма длинном пальто. Его лицо оставалось непроницаемым, но глаза блестели стальным блеском.

— Алексей Иоаннович, — коротко бросил он. — Покажите свой подарок.

Я обошёл машину, открыл багажник и отошёл в сторону. Тело Миниха, скрюченное, с кровоподтёками, ранами и следами ожогов, выглядело зловеще даже при тусклом свете.

— Как это случилось? — спокойно спросил Черкасов.

— Небольшая авиакатастрофа. Плюс смешанный бой. — Я склонил голову. — Кстати, вы знали, что Миних — превосходный фехтовальщик?

Черкасов слегка приподнял брови.