Посыпались выкрики:

— Ваша светлость! Подтвердите помолвку с княжной Юсуповой! Когда состоится торжество?

— Алексей Иоаннович, правда ли, что в кольце будет фамильная драгоценность? Какая сумма указана в заказе?

— Правда ли, что это политический союз, навязанный вашими семьями? Или это всё же любовь?

Я сохранял полное самообладание. Холодная, безупречно выверенная маска аристократа легла на лицо автоматически. Я слегка повернул голову и спокойно посмотрел на журналистов.

— Без комментариев, — отчеканил я ровным голосом. — Прошу, господа, дайте нам дорогу.

Таня прижалась к моей руке. Я сделал шаг вперёд, намереваясь пройти сквозь толпу, но в этот момент особенно настырная журналистка, молодая женщина с алыми губами и большим блокнотом, сделала шаг вперёд, почти касаясь меня плечом.

— Ваша светлость! — пронзительно выкрикнула она, наваливаясь вперёд. — Почему именно княжна Юсупова? Неужели семья Николаевых решила восстановить утраченный статус через ваш брак?

Я сжал зубы и медленно выдохнул, сохраняя внешнюю невозмутимость. Журналистка явно пыталась спровоцировать меня на ответ. Я смотрел на неё с ледяным спокойствием.

— Без комментариев, — повторил я жёстче.

— Но это неслыханно! — не унималась она, преграждая дорогу. — Значит, это политический шаг? А что ваш старший брат? Он ведь должен опередить вас! Ходят слухи, что Виктор Иоаннович избегает общества женщин… Это правда?

Таня резко втянула воздух. Я почувствовал, как напряглась её рука. Предел был почти достигнут.

— Дорогу, — тихо и холодно сказал я. — Последнее предупреждение, или я вызову полицию.

Журналистка не сдвинулась с места и с вызовом на меня глядела.

— Так это правда, ваша светлость?

Я сделал шаг вперёд и посмотрел на неё сверху вниз. Мои глаза встретились с её дерзким взглядом.

— Немедленно дайте нам пройти, — произнёс я чуть громче, но ровно. В голосе прозвучала сталь.

В толпе возникло колебание. Охрана салона Фаберже, наконец, заметила ситуацию и начала осторожно расчищать нам путь. Я взял Таню за локоть и уверенно повёл к автомобилю.

Когда мы подошли к машине, я первым открыл дверь и помог сестре сесть на переднее пассажирское сиденье. К этому моменту охрана уже разогнала особо наглых, и я смог обойти машину и сесть за руль.

Я нажал на газ, и машина плавно тронулась с места, оставляя позади толпу и вспышки камер.

Таня нахмурилась, качая головой.

— Кто-то явно сообщил прессе, — произнесла она. — Иначе они бы не поджидали нас так быстро. Теперь эти писаки станут следить за каждым шагом — за тобой, за Идой, за всей нашей семьёй.