— Пусть следят, — ответил я равнодушно, вперив взгляд в дорогу. — Ни нам, ни Юсуповым не впервой оказываться в центре внимания.

— Алексей… — Таня покачала головой. — Они могут стать слишком наглыми. Ты видел эту женщину? Она буквально лезла тебе под руку! Такие на что угодно пойдут, чтобы добыть информацию. Они только и ждут очередного скандала. Если ошибемся — разорвут на части.

Я молча согласился с сестрой. Таня тем временем разворачивала пакеты на коленях.

— Впрочем, хорошо, что я кое-что купила, — сказала она с довольной улыбкой, доставая небольшую шкатулку с золотым логотипом Фаберже. — Теперь на фотографиях все будет выглядеть так, словно ты просто привёл младшую сестренку на шопинг.

Я усмехнулся.

— На то и был расчет. Впрочем, я всегда рад немного тебя побаловать.

— Спасибо… Но с объявлением помолвки лучше не тянуть, — рассеянно добавила Таня, закрывая шкатулку.

— Прямо сейчас — не время, — возразил я. — На днях прибывает шведская делегация. Нельзя отвлекать внимание прессы от королевского визита. Это дурной тон.

Таня вздохнула.

— Тогда после визита?

— После визита, — подтвердил я. — К тому же заказы вроде моего делаются не так быстро.

Мы подъехали к особняку. У подъезда уже стояла охрана. Один из мужчин в костюме шагнул вперёд и открыл дверь. Я вышел, обошёл машину и помог Тане выбраться.

— Спасибо за компанию, братик, — улыбнулась Таня.

Я наклонился и поцеловал её в щёку.

— Отдыхай, — сказал я. — И расскажи матушке о наших успехах.

— Конечно.

Таня направилась к входу, а я снова сел за руль.

Я плавно вывел машину на дорогу и направился на юг. Сквозь стекло я видел, как вечерние огни Петербурга вспыхивали на мокром асфальте.

Одно важное дело сделано, пусть теперь голова болит у Фаберже. А мне предстояло выяснить, чему научился император.

* * *

Я вошёл в кабинет государя в Александровском дворце, сопровождаемый лёгким скрипом массивной двери. В комнате пахло горячим чаем и характерной смесью запахов озона и металла — остаточным следом энергии, которую государь только что пытался удержать.

Великая княжна София с прямой спиной сидела у окна, её профиль казался вырезанным из мрамора, лишь лёгкое движение ресниц выдавали напряжённое внимание. На диване сидела Марина — спокойная, сосредоточенная, с лёгкой складкой между бровей. Она наблюдала за государем с тем выражением, какое бывает у учителя, знающего, что ученик на грани успеха — или провала.

— Алексей! — хором воскликнули кузины. — Фух, напугал…

Я поклонился.

— Добрый вечер.

Император стоял в центре кабинета. Его грудь тяжело вздымалась, волосы были растрёпаны, а рука, которую он только что опустил, заметно дрожала. Перед ним в воздухе медленно угасали последние искры магии.