— Жаль, что я тебя тогда пожалела.

Это скрежетало мое разорванное на куски сердце. Да если бы я только знала, что мой сынишка выжил! Если бы я вовремя разгадала злую шутку Каравая и Барсука! Если бы циник Мосягин не разыграл кровавую партию, где разменными фигурами служили самые близкие мне люди! Моя жизнь сложилась бы совершенно иначе. У меня была бы семья, муж, ребенок, и не один, конечно…

Я застонала от невыносимой боли. Барсук злорадствовал.

— Люди делятся на тех, кто управляет, и тех, кем помыкают. Это нормально. Я отношусь к первым, а ты ко вторым. И как бы ты ни пыхтела, так и будет. Я пастух, а ты в стаде. Людишки, подобные тебе, созданы для того, чтобы было хорошо мне. Жуйте травку, а я буду питаться вами. Вы жвачные, а я хищник. Сегодня забью одного, завтра другого. Каждый из вас в моей власти.

Барсук не разглядел, что я неимоверным усилием разорвала пластиковые путы. Помог амфетамин. Мои руки оставались за спиной. Я потирала порезы на коже, готовясь задушить человека, который дважды разрушил Мой Мир.

Автомобиль проскочил ту самую стройку с секретной лабораторией на окраине города. Я спросила:

— Куда мы едем?

— За ампулой. Тархан уже забрал всю партию, но одну он мне отдаст. Он ждет меня у моста через реку, я созвонился. Я получу улику, ты дашь показания об угрозе городу, и из убийцы я превращусь в героя. Ведь это нормально. Герои всегда кого-то убивают.

— Я ничего не скажу.

— И не надо. Ты подпишешь чистый протокол и умрешь в камере. Например, повесишься. Ты же склонна к суициду.

— Я ничего не подпишу.

— Это мы еще посмотрим. Допрашивать я умею. А уж в этом случае особенно постараюсь.

— Зубы сломаешь.

— Ух, какая ты! Прямо тигрица! Мне даже захотелось тебя трахнуть. Посадить на цепь, как дикого зверя, поставить на четвереньки — и сзади! Как тебе такая перспектива?

— Я убью тебя, Барсук.

— Вот-вот, ты будешь рычать и ругаться. Пожалуй, я нацеплю на тебя тигриную маску для правдоподобия и топик соответствующей расцветки.

— Ты боялся меня все эти годы, Барсук, и сейчас хочешь отыграться. Ты прячешь за жестокостью свою слабость. А в душе ты трус и до сих пор боишься меня.

— Заткнись! Я могу убить тебя прямо сейчас! И обойдусь без твоих показаний. А жена подтвердит, что ты напала на меня, а перед этим рассказала о своем подлом плане по заражению города. Ленка понятливая, не первый год руководит газетой и много чего провернула с помощью печатного слова. Аль Капоне когда-то сказал, что пистолет и доброе слово — это лучше, чем просто доброе слово. Но его время прошло. Сейчас пистолет надо сочетать с печатным словом. Вот когда достигается настоящий эффект.