Наверное, до этой минуты во мне теплилась надежда, что смесью магии и гнева я смогу пробудить это спящее чудовище и сделать его своим союзником. Но теперь, у подножия гигантской башни, стало предельно ясно: даже дюжины бешеных Гаек не хватит, чтобы сдвинуть что-нибудь хоть на миллиметр, увеличить температуру даже на долю градуса, превратить этот жар в свое оружие.
Может, отступить, передислоцироваться, найти другое место для боя? Поздно! Уже слышны уверенные шаги. Подходят двое. Всего двое, вдруг пустоцветы?
Я бегло просканировала их ауры. Оба — полные маги, вторая ступень.
И прятаться нет смысла. Они тоже меня увидели.
Глава 7 Разворачивается битва бастардов, но не особенно масштабная
Они смотрели на меня, я — на них. Люди как люди. Один лысый, коренастый, с тяжелой челюстью. Второй — повыше, с жидкой бороденкой и бегающими глазами. Оба светились эфиром, как раскаленные утюги. Щиты горели ровным голубоватым светом, причем лежали внахлест — маги усиливали защиту друг друга…
— Ты все еще можешь выжить, — сказал лысый. Голос спокойный, словно и не его товарищей я четверть часа назад растворила в кислоте. — Сворачивай цирк, Пинегина.
Это даже обидно, они совсем за дуру меня держат? Ну да, ведь, у нас, баб, нет мозгов, одни только эмоции…
Я была собрана, как пружинка, готовилась уклоняться от атаки и одновременно панически сканировала эфиром мешанину труб, клапанов, путей для вагонеток… Искала слабое место. Его как будто и не было!
Надо ответить, завязать разговор, чтоб выиграть немного времени!
— Если я сдамся, ты прикончишь меня.
— Ты не поверишь, но я тебя отпущу. Это правда, Гая.
— Почему?
— Странный каприз при моей-то профессии, но я не люблю лишней жестокости. А за твою голову Мезенцев не платит, ему нужна только наследница. Скажи, где она — мы проверим это — и катись на все четыре стороны.
— Я дерусь за свою семью. А ты за что, за бабло? К саванам что, карманы стали пришивать?
— Но это не твоя семья, Гая, — в глубоком голосе лысого на удивление не было агрессии. — Ты — бастард. Не оскорбляйся, я и сам — бастард, потому знаю, о чем говорю. Они используют тебя, чтобы ты лезла за них в пекло, а потом сольют, как протухшие помои.
Только тут я заметила, что череп лысого пересекает затянувшийся, но безобразный шрам. Так, не отвлекаться! Мне нужно найти точку воздействия.
— Да пош-шел ты!
— Как знаешь.
Бородатый вскинул руку, и в меня полетела молния. Я нырнула за ближайшую балку. Удар пришелся в железо, выбил сноп искр и оставил оплавленную вмятину. Левое плечо вспыхнуло болью. Все-таки зацепил!