Рядом лежала «Рысь». Ее сбило взрывной волной, ударило о дерево — помяло крыло и багажник, но это все было не фатально. Моя девочка способна выдержать и не такое.
Мы быстро собрались. Я кинулась поднимать «Рысь», но почувствовала на себе тяжелый взгляд. Обернулась. Варг стоял, скрестив на груди могучие руки, и наблюдал за мной с тяжелым, но скорее доброжелательным любопытством.
— Оказалось, твои татарины — дельная хрень. Только… — он помрачнел. — Мой брат сгорел заживо, пока я спасал твою шкуру. Скажи, Гайка, это все из‑за вас?
Сложный вопрос. Интересный. Я уже начала об этом думать. Может быть и так и эдак. Конечно, если Мезенцев прознал, что мы с Рейкой здесь — это мощная причина для атаки. Вот только откуда ему знать? Я теперь ездила по бездорожью, избегала камер, закрывала лицо шлемом и выходила на связь только с проверенными контактами. Я никак не могла навести врагов на этот лагерь… Наверное, никак.
И тут раздался негромкий, но уверенный голос шаманки:
— Причина не в этих девицах.
Она подошла так, что я не услышала. Только уруки так умеют.
— Прибыл дух от табора Мары. На них тоже напал огонь с неба — сжег их лагерь, а потом преследовал при отступлении. Из пяти дюжин воинов осталось меньше двух.
— Пусть они присоединятся к нам, чтобы отомстить, — выпалила я и тут же прикусила язык. Такие решения я принимать права не имела.
Но шаманка только усмехнулась:
— Да, Караш так и сказал.
Глава 12 Во мне неожиданно обнаруживается что-то человеческое
Уруки пляшут вокруг погребального костра. Мерно бьют барабаны — сегодня никаких электрогитар и клавишных. Сполохи огня дрожат в колдовском тумане, который укрывает стоянку. Тела ритмично колышутся — у кого в танце, у кого в плотской любви. Да, для урук-хай погребение — это празднество, и надо оторваться по полной, чтобы почтить павших. Никогда к этому не привыкну. Много к чему привыкла за месяцы рейдов с табором — но только не к этому.
А вот Рейка стояла рядом с Карашем — прямая, торжественно-бесстрастная и неподвижная, только огненные тени плясали на белой коже. Ее словно ни капли не смущала разверзшаяся кругом вакханалия. Похоже, я все-таки сильно недооценивала закалку, которую она получила в своем институте благородных девиц. Социальные игры иногда не легче и не проще прямого боестолкновения.
Впрочем, я-то, в отличие от Рейки, не владетельница, поэтому от меня присутствия на ритуале вроде как и не требовалось. Я тихонько ушла в туман, разгрузила «Рысь» и принялась ставить нашу с сестрой палатку.
Вот опять же — туман этот. Удивительная все-таки штука — шаманизм. Некоторые его аспекты с точки зрения академической магии объяснения не имели. Я техникой маскировки не владею, но если бы владела, моего резерва хватило бы, наверное, на полчаса поддержания заклятия по такой площади — ну, на час, если с эфирными аккумуляторами. А у шаманов все по-другому: они вообще напрямую не оперировали эфиром, а просили помощи у духов предков, и те уже решали, помогать или нафиг послать потомков с их хотелками. Изначально духи отказались поддерживать поход на Мезень — рассудили, что это не война народа урук-хай, так что развлекайтесь за свой счет. А теперь, после ночного огня с неба, общее настроение изменилось, и на духов это тоже подействовало. Они согласились укрыть табор в течение дневного перехода и здесь, на новой стоянке.