К вечеру у нас был план переделки всех трех фургонов.

* * *

Второй день тренировок прошел немногим лучше первого, хотя сдержанный оптимизм Бирюкова успокаивал. Рейка нашла себе неожиданное занятие: она бродила вокруг лагеря и собирала цветы, из которых плела венки. Потом взялась за что-то и вовсе странное: достала где-то пачку маленьких пластиковых пакетов и стала наполнять водой из ручья. Что ж, не предается меланхолии — и ладно. Чем бы дитя ни тешилось…

Я заметила, что Варг и несколько молодых уруков к тренировкам Бирюкова не присоединились. Скверно, что сегодня их стало ощутимо больше, чем вчера. Это еще не был прямой мятеж против Караша — свои работы по лагерю они исполняли, у уруков с этим строго. Но обстановка становилась напряженной. Я понимала, что воины табора пойдут в бой с Мезенцевым не за мной, а за своим вождем. А если усомнятся в Караше — просто не пойдут.

Когда уруки шумною толпой вернулись с тренировки, Рейка вышла навстречу им, сжимая в руках три венка, и звонко сказала:

— Урук-хай, давайте играть в игру!

Полсотни пар желтых глаз уставились на Рейку, но она ничуть не смутилась:

— Первое состязание — на меткость. Кто за три выстрела собьет больше шишек с сосен, тот получит этот венок из ромашек и клевера. Второе — на ловкость. Кто первым разберет и соберет автомат, того я награжу венком из васильков и пижмы. А потом, — Рейка подкинула на ладони пакет с водой, — мы будем бегать и бросать друг в друга эти пакеты! Кто последний останется сухим, получит венок из поляники и зверобоя. Начинаем! Встаем здесь, по эту сторону ручья! Стреляем во-он в те сосны! Гайка, покажи пример!

Я улыбнулась, выхватила пистолеты и сбила две шишки двумя выстрелами, а третью пулю нарочно пустила мимо: не стоило отнимать победу у тех, кто только вчера впервые взял в руки огнестрел.

Уруки охотно включились в игру, почти час лагерь оглашали выстрелы, мат и азартные вопли. Кажется, несколько ребят отошли от костра Варга и присоединились к веселью. Сам он так всю дорогу и наблюдал за игрой с суровой миной, демонстративно затачивая свой кард.

— У тебя скоро будет армия, Пинегина, — Бирюков подкрался со спины так, что я не заметила. — Всего несколько дней…

— Хорошо. Ты получишь сполна гонорар, который обещал тебе Гольдфаген. А когда мы возьмем имение Мезенцева — я заплачу еще вдвое против этой суммы.

—Если вы возьмете имение Мезенцева.

— Нет.Когда. Я верю в нас.

Впервые за долгое время я легла спать с ощущением, что все идет правильно и победа уже очень близка.

А на другой день наш лагерь атаковали с воздуха.