Я оставляю Лейтон разбираться с вопросом Монро и наклоняюсь к Келли.
— Могу я поговорить с тобой, прежде чем поедем ужинать? — на этот раз я веду себя цивилизованно, вместо того чтобы хватать ее за руку и тащить от подруги.
— Смотрите-ка, кто-то вспомнил о хороших манерах, — смеется Лейтон.
Келли улыбается.
— Да, конечно, — она вкладывает ладонь в мою. — Пойдем проверим посудомойку, — она подмигивает.
К горлу подкатывает тошнота. Она наверняка думает, что я хочу отпраздновать победу, и ненавижу себя за то, что сейчас обрушу на нее эту новость.
— Встретимся там, — бросаю я Лейтон.
Искренне надеюсь, что Пенелопа и Хейзел не присоединятся.
Мы выходим со стадиона. К счастью, сегодня будний вечер, так что толпы фанатов вокруг баров и ресторанов не такие плотные. На тротуарах относительно свободно, и я хочу поскорее выплюнуть эти слова, но они застревают в горле. В любом случае, лучше дождаться, когда мы будем в квартире, потому что я понятия не имею, как Келли отреагирует.
— Зрители просто с ума сходили. Ты слышал, как они кричали и аплодировали? — спрашивает она.
Господи, Келли вообще ничего не подозревает, и это просто невыносимо.
— Немного, но, когда я в таком потоке, включается туннельное зрение.
Она сжимает мою руку.
— Эй, ну порадуйся. Ты должен быть на седьмом небе от счастья.
— Это просто работа, — и тут же осекаюсь, потому что никогда в жизни не относился к бейсболу «просто как к работе». Это всегда было моим главным приоритетом, номером один, моей жизнью. Нет ничего важнее и лучше того, кем я становлюсь на питчерской горке.
— И после такого выступления ты заслуживаешь повышения.
Я качаю головой.
— Фостер, ты вышел в седьмом иннинге с загруженными базами и раннером на третьей. Ни одного аута. И закрыл иннинг тремя страйк-аутами подряд! — она буквально подпрыгивает от возбуждения, идя рядом. Определенно, Келли радуется куда больше, чем я. — А потом вернулся в восьмом, и ни один отбивающий не добрался до первой базы. Про девятый я вообще молчу. Это было просто феерично.
К счастью, мы подходим к дому, и я даже не смотрю на картонную табличку – мне просто хочется поскорее со всем покончить.
— Буду честна: я ожидала чуть большего. Я сделала тебе минет, ты отыграл просто невероятно, и все равно какой-то хмурый? — она останавливается у двери квартиры, пока я ввожу код на панели. — Почему ты молчишь?
Мы заходим внутрь, я закрываю дверь, защелкиваю замок и прислоняюсь к ней спиной.
— Я спал с Пенелопой, — сказать это вслух оказалось не так уж и облегчающе, как я надеялся.
Ее улыбку и воодушевление как ветром сдувает.