Фостер прижимается лбом к моему.
— А для меня паршиво то, — роняет он, — что хочу наслаждаться только тобой.
Глупое сердце, не смей замирать. Не надейся, что из этого может выйти нечто большее.
Какое-то время мы не двигаемся, каждый переваривает сказанное, пока Фостер не отвешивает мне легкий шлепок по ягодице.
— Не хочу быть гонцом с дурными вестями, но пора закругляться.
— Сам виноват, ты первый начал, — ворчу я, опуская ногу. Фостер плавно из меня выскальзывает. Прежде чем отпустить, он аккуратно ставит меня на пол и придерживает за талию, пока не убеждается, что я твердо стою на ногах. — А теперь мне и впрямь нужно помыться.
Он встает под струи воды, и мы принимаем душ. Пока стоит лицом к лейке, я любуюсь его телом и втайне надеюсь, что Фостер делает то же самое, пока я смываю с себя пену.
Когда выходим из кабинки, он набрасывает мне на плечи полотенце и только потом тянется за своим. Это слишком напоминает настоящие отношения. Интересно, та зыбкая черта, что нас разделяла, теперь окончательно стерлась?
Мы с Фостером Дэвисом сплелись жизнями настолько тесно, что распутать узел будет чертовски непросто.
Глава 49
Келли
У Фостера выдался единственный выходной за следующие десять дней, так что после эскапады в душе мы решаем воспользоваться случаем, пройтись по детским магазинам и вместе пообедать.
Стоит переступить порог магазина для малышей, как к нам с сияющей улыбкой бросается женщина.
— О, мы так надеялись, что вы выберете именно наш магазин! — она сцепляет руки перед собой.
Фостер кладет руку мне на поясницу, пальцы то напрягаются, то расслабляются.
Я уже поняла одну вещь: он терпеть не может соцсети и то, как они выставляют его жизнь напоказ. А еще поняла, что у Фостера гораздо больше выдержки, чем у меня, когда дело доходит до чтения комментариев.
— Правда? — спрашиваю я. Очевидно, она в курсе, кто мы такие.
— Да, и будьте спокойны. Мы обслуживаем все семьи игроков «Гриззлис» и «Фэлконс». И даже парочку из «Троянс», хотя для них находимся немного далековато на севере, — она делает шаг ближе.
Рука Фостера снова напрягается и расслабляется, словно он готов броситься в атаку, если та подойдет еще хоть на сантиметр. Я бы ни за что в этом не призналась, но мне начал нравиться его инстинкт защитника, даже если это все лишь потому, что я вынашиваю ребенка.
— Мы просто присматриваемся, — говорю я.
Она бросает взгляд на мой живот.
— Какая у вас уже неделя?
Она формулирует вопрос так, будто пристально следит за моей беременностью. Конечно, я веду соцсети и немного рассказываю о том, как все проходит, но от того, как она это спросила, по спине пробегает легкий холодок.