Завтра? Почему не сегодня? Впрочем, если я спрошу, прозвучит слишком уж нетерпеливо.
Фостер: Просто на случай, если на сегодняшнем матче все пойдет наперекосяк, не хочу нарушать обещание
Я: Да, без проблем. Договорились
Я понимаю: вышло совсем не так непринужденно, как хотелось бы.
Фостер: Мне пора. У меня тут вообще-то игра. Хватит изводить
Я: Удачи
Фостер: :)
Я откладываю телефон в сторону и не свожу с него глаз; так и подмывает пролистать чат и перечитать переписку.
Я правда согласилась давать Фостеру Дэвису уроки секса?
Когда будешь рыдать на больничной койке, Келли, винить будет некого, кроме самой себя.
Но спать с кем-то другим я не могу, а Фостер вот он, под боком. Жаждущий, способный и просящий об этом. На сей раз все иначе. Не так, как во времена былых свиданий или серьезных романов. Сейчас я заранее знаю правила игры. Продолжу твердить это себе, и тогда получится разложить все по полочкам и просто наслаждаться близостью.
Глава 39
Келли
Я опаздываю на игру, потому что уже на выходе из дома позвонила подруга из колледжа. К тому времени, как добираюсь до своего места рядом с Лейтон, идет второй иннинг. К счастью, детей нет, так что моя совесть лучшей подруги чиста.
— Привет, — я сажусь рядом. — А где малышня?
— Приболели, так что мама приехала за ними присмотреть.
Я закидываю ногу на ногу и машу продавцу хот-догов, передавая деньги по ряду.
— Не могла купить до того, как сесть?
Я пожимаю плечами.
— Я отчаянно нуждалась в твоем обществе.
Она передает хот-дог, который как раз проделал путь по ряду.
— Стоило написать. Прости.
— Меня Фостер задержал. Развели марафон переписок.
— Можно я скажу, что все это не нравится? Бесит, что не могу рассказывать про Хейса, и бесит, что вообще не в курсе, что там происходит между вами двумя. Мне-то ты можешь все рассказывать. А Хейс теперь вообще в режиме: «Ничего про них не говори, если только не собрались поубивать друг друга», — она разворачивается ко мне всем телом, полностью отвлекаясь от игры.
Учитывая, на что я только что согласилась, и самой хочется не смотреть бейсбол, а выговориться лучшей подруге.
Я оглядываюсь по сторонам. Вокруг слишком много лишних ушей.
— Хейс сильно взбесится, если не обнаружит тебя на месте, когда посмотрит на трибуны?
— Я хожу на каждую игру. У меня дома трое больных детей, а я все равно здесь. Переживет, — она встает и берет меня за руку. — Пойдем наверх.
Лейтон ведет меня вверх по лестнице к бетонной площадке, где можно прислониться к стене и при этом видеть поле. Мимо снуют люди, но это максимум уединения, на который здесь можно рассчитывать.