– Людвиг… – вырвалось у Леа.

Она тут же прикрыла рот ладонью, будто осознав, что сказала лишнее.

Вильгельм посмотрел на нее со страхом и отчаянием. Он вздрогнул всем телом, скривился от боли – и трещины мгновенно пошли дальше: по шее, по рукам. Мерзкими насекомыми они заползали под воротник пиджака, а из расширяющихся расщелин проступал мутный сероватый туман, словно подсвеченный изнутри.

– Не называй… по имени… – умоляюще прошептал он. – Не называй…

– Она сделала выбор, – вновь прогремело эхо. – И назвала цену.

– Страж… – одними губами прошептала Леа, вжимаясь в балку. – Людв… Вилли…

Леа чувствовала: случилось что-то непоправимое. Она каким-то образом своими неосторожными словами все испортила, но не понимала, что именно произошло. И самое главное: как исправить ситуацию.

– Людвиг, – кивнул Вилли. – Уже можно… Все кончено.

Плоть начала медленно осыпаться, словно старая штукатурка со стены. Лицо, руки, тело таяли, оставляя за собой грязно-серые размытые очертания. Одежда пустой оболочкой на мгновение повисла в воздухе и бесшумно опустилась на пол.

Перед Леа стоял призрак. Взгляд остался прежним – только теперь его наполняло лишь горькое сожаление.

– Страж дал мне тело на время, – сказал Людвиг, протягивая к Леа руку и пытаясь коснуться ее. Но невидимая сила словно оттаскивала его в сторону. – Мы договорились. Пока кто-то из вас не узнает… не назовет…

– Как в легенде о Лоэнгрине? – Леа инстинктивно потянулась навстречу, но тут же оказалась прижатой к балке.

– Да… – едва слышно ответил он. – Ирония. Леа…

– Хватит, – равнодушный голос вновь прогремел над их головами. – Раунд закончен. Девушка назвала цену и получит плату. А ты этой ночью отправишься в Валгаллу.

– Я христианин! – со злой досадой выкрикнул Вильгельм. Называть его так было привычнее.

– Тогда прими судьбу с христианским смирением. Ты сам повысил ставки, надеясь спасти возлюбленную. Это была твоя последняя попытка. – Леа показалось, что невидимый Страж усмехнулся. – Мне жаль, что так вышло, Правитель этих земель. Ты был достойным противником. Но сегодня тебе не повезло.

– Это все я… – прошептала Леа, понимая, как нелепо предала Вилли, просто разозлившись и наговорив лишнего.

– Ты не виновата! Слышишь?! Не винова… – Призрачное тело Вильгельма растаяло на полуслове.

– Вилли!

– Ты пожелала правды, – продолжил Страж. – Я обещал ответы. И сдержу слово.

– Я… я не… – Леа попыталась отступить, но ноги не слушались.

– Только не здесь, – тихо сказал он. – Мы пойдем в более подходящее место.

Невидимые руки сжали ее тело в удушающих объятиях. Леа вдруг почувствовала себя героиней «Кинг-Конга».