– Взаимно, Валли[24] , взаимно. А Леа мне не ассистентка. Она подруга. Очень близкая, – в голосе Райнера прорезалась сварливость. Или все же ревность?

Леа почувствовала, как уголки губ дрогнули. Поведение Фаста раздражало и забавляло одновременно. Вильгельм же оставался невозмутим, хотя на дне его глаз зажглись насмешливые искры. Азарт игрока, встретившего любопытного противника.

– Понятно. – Фог мягко улыбнулся. – Предлагаю продолжить осмотр вместе. Если вас действительно занимает история Нойшванштайна, я рискну быть полезнее аудиогида.

К удивлению Леа, Райнер согласился и тут же начал засыпать вопросами неожиданного «волонтера»: кто делал росписи, аутентичны ли ткани в драпировках, откуда вазочка?.. Все ответы Фаст прилежно записывал, а особо понравившиеся предметы еще и зарисовывал. Эскизы выходили вовсе не дурными.

– А вы, похоже, не только умелый писатель, но и художник неплохой, – похвалил Райнера Вильгельм, опередив Леа.

– Благодарю за высокую оценку, Вильгельм, – искренне улыбнулся Райнер. – Пришлось овладеть этим навыком, так как не все музеи одобряют фотосъемку. А на официальных открытках часто или ракурс не тот, или нет нужного мне предмета.

– Похвальное стремление к совершенству, – кивнул Фог, лукаво глядя на Леа, словно приглашая ее присоединиться к комплименту.

– Действительно здорово, – согласилась девушка.

– Я полон скрытых талантов, принцесса. – Райнер подмигнул и, кажется, немного оттаял.

Вместе с Вильгельмом они прошли еще несколько залов. Герр Фог был не только сведущ, но и рассказывал на редкость увлекательно. Казалось, он полностью вжился в роль обитателя замка: уверенно пояснял, где находится малая гостиная, куда ведет лестница для слуг и какие панно были выполнены по особому заказу…

Однако от вопросов личного толка Вилли – как позволил себя называть новый знакомый – умело уклонялся. Потоки слов и никакой конкретики: местный, баварец, учился в некой академии. Райнер впечатленно присвистнул, услышав название, – видимо, речь шла о чем-то элитном. Из известной семьи, а потому путешествует инкогнито под чужой фамилией.

– Он похож на шпиона Ми‐6, – прошептал Райнер на ухо Леа, вызвав у той невольный смешок.

Манерами и статью Вильгельм и впрямь напоминал Джеймса Бонда из классических фильмов, и в глазах Леа это было несомненным плюсом.

– Вы здесь впервые, Леа? – обратился Вильгельм уже напрямую к ней.

– Да, – кивнула она. – Хотя не покидает чувство, будто многое мне уже знакомо. Наверное, сказывается профессиональное дежавю: я историк и слишком часто бываю в музеях.