Теперь Большой Зилант.

Понимаете, неуязвимых волшебных тварей не бывает, ни хтонических, ни каких-нибудь еще. У всякой сволочи есть слабое место — через которое ее, сволочь, можно остановить, напугать, убить! Так вот, что-то мне подсказывало, что уязвимая точка Большого Зиланта лежит где-то в области магии разума, сиречь — ментала.

Легендарных-то героев на каждую змеюку не напасешься.

Получается, что головастик — условный, конечно — вполне может оказаться начальником Зиланта и хозяином всей хтони.

Все это я еще обмозгую, и не раз. Активы… Моё! Не отдам!

Рабочий день, наконец, закончился. Барбухайка уже стояла у самых дверей морга.

За рулем был, против обыкновения, не начальник транспортного цеха, но кто-то из его подчиненных: чернявый кхазад, мне знакомый плохо — не по имени — и потому молчаливый.

Так-то он представился, конечно. Протянул руку, назвал меня уважительно — «Товарищ Глава», но весь остальной путь до дормитория мы одолели молча.

[Немного позже, дормиторий «Сон Ильича».]

— Ваня! — заорал Зая Зая, наплевав на субординацию. — Братан! Тут такое! Такое!

Там, кстати, было.

Помните, мне сулили приличную такую толпу соплеменников? Сто рыл троллей: мужики, бабы, дети? Так вот, они, наконец, прибыли. Только оказалось их не сто, а без малого пять сотен!

— Четыреста девяносто два тролля, — отчитался гном Дори, уже успевший всех посчитать и даже немного учесть. — Сто мужиков, сто тридцать одна баба, остальные — дети.

Охренеть кирэк*! Ну Кацман, ну удружил: «сотня»! Со, вашу мать, тня! А тут…

[*Нужно (искаж. татарск.)]

Нет, поймите меня правильно: лесной тролль — как я уже успел узнать — существо неприхотливое. Где упал — там уснул, что поймал — то сожрал. Даже дети такие. Даже седые старики. Но не пятьсот же штук!

И ладно — «разместить и накормить».

В конце концов, в Казанке водится рыба, и ее там дохрена. Да, пусть хтони, да, рыба непривычная — но съедобная, это точно. Особенно — для тролля.

Потом, мы ведь даже дачные дома снесли не все — там, ближе к реке, еще целый поселок. Изобразить какую крышу — живи, радуйся! Пугало меня другое.

Понимаете, тролли — общество традиционное, куда более, чем черти, гоблины или орки. В моем старом, понятно, мире: в этом чертей, в смысле разумных тварей, не водится.

Это Твердь! Вокруг — волшебный феодализм с элементами кибербыли, сами тролли — общинники! Уклад! Семейственность! Старики!

Вернее, старейшины: я насчитал троих, и это если не брать во внимание просто уважаемых что дедов, что старух. Уловили масштаб бедствия? Нет? Ладно, зайду с другой стороны.