Мысленно попросив у них прощения, Юна поднесла ладони к ране. Закрыла глаза, отрешаясь от мира, и призвала исцеляющий огонь.
На этот раз он откликнулся сразу, будто только и ждал, когда позовут. Животворящее пламя хлынуло ровным потоком. Зашипела, превращаясь в едкий дым, черная жижа. Рана начала светлеть и очищаться.
Юне не нужно было смотреть, что происходит. Она чувствовала, как огонь выжигает яд Тьмы и наполняет тело мужчины жизненной силой.
Когда раздробленные кости срослись, а рана подернулась тоненькой кожицей, принцесса убрала руки, выдохнула и открыла глаза.
Прежде искаженное болью лицо мужчины разгладилось, посветлело. Он больше не горел в лихорадке, а просто спал. Безмятежно и глубоко — как младенец.
— Молодец, — за спиной Юны раздался голос мэтра Давуаля, — ты правильно сделала, что вовремя остановилась. Дальше я сам им займусь.
Не отвечая, девушка переместилась к следующему раненому. Этому бедняге жгут хлестнул по груди, раздробив несколько ребер.
— Можно спросить…
Слова, прозвучавшие так внезапно, заставили Юну напрячься.
— О чем?
— Твой дар. Это ведь Исцеляющее пламя, я не ошибся?
Отрицать не было смысла. Юна кивнула.
— Это очень редкий дар, — лекарь смотрел на нее, как на диковинку. — Он встречается у одного огненного мага на тысячу, а в нашей стране их вообще по пальцам можно пересчитать. По крайней мере, когда я выпускался из Академии, со мной на Целительском факультете не было ни одного. Кто же ты, девочка? Из какой семьи?
Раскрывать инкогнито было рано. Но и лгать старому лекарю не хотелось. Поэтому Юна решила сказать полуправду:
— Я выросла в приюте. Моя мать умерла во время родов, а отец нашелся только недавно. Но он стар и немощен, и никакого дара у него нет.
— Хм… — лекарь, поглаживая бородку, продолжал за ней наблюдать, — значит, твоя мать была магом Огня?
Принцесса неопределенно пожала плечами:
— Я о ней мало знаю. Простите, но мне нужно вернуться к лечению.
Мэтр Давуаль понятливо отошел. Юна склонилась над раненым, но обострившийся слух уловил, как старый лекарь задумчиво шепчет себе под нос:
— Потрясающе! Просто потрясающе! Никогда не видел Исцеляющего пламени такой силы. Девочка точно из непростой семьи!
Юна провозилась в лазарете до самого вечера. Даже когда поняла, что ее дар ослаб, она не ушла. Осталась помогать мэтру Давуалю: промывать и перевязывать раны, кормить раненых с ложечки жидкой кашей, менять им компрессы. Работа позволяла не думать о будущем, а сосредоточиться на том, что происходит сейчас.
Помощников у лекаря не было, но выздоравливающие солдаты и легкораненые, кто мог двигаться, заботились о тяжелобольных. Поначалу они настороженно следили за юной магичкой, неизвестно откуда взявшейся в лагере. Тем более, что уже поползли слухи о ее связи с командиром.