Да, это чувство отчасти было похоже на то, что он испытывал к Лили, своей молочной сестре. Единственной, кого считал семьей, пусть между ними и не было кровных уз.
Но Юна?..
Что с ней не так?
Он думал, что раскроет секрет, когда наденет на нее брачное ожерелье. Но лишь еще больше запутался.
И все же она нужна ему, чтобы вернуть силу родовому гнезду. Раз уж так вышло, что из всех девушек, созванных на отбор, только Юну выбрал Хранитель Дха-арн-Тана, то так тому и быть.
Плевать, чья она пара. Он, Эрисхайм, не отпустит ее!
Глава 19
Вскоре они оказались в палаточном городке.
Эрисхайм шел среди кучи хмурых, небритых мужиков, от некоторых несло потом и кровью.
Он поморщился.
Это место разительно отличалось от его чистенькой и ухоженной столицы с хрустальными фонтанами, яркими цветами на клумбах и сверкающими шпилями дворцов. Здесь со всех сторон веяло смертью. А разношерстное войско, одетое в рванье и ржавые доспехи, вооруженное выщербленными мечами и сломанными копьями, вряд ли было способно изгнать захватчиков.
Князю хватило одного взгляда, чтобы понять: этим людям не выстоять без драконов. Юна словно чувствовала это, когда заключала с ним договор. И теперь при всем желании он не мог отказаться от данного слова. На кону стоял их брак и его драконья честь.
Люди жались к кострам. Тьма, накрывшая лагерь, принесла с собой сырость и холод.
Воины, большая часть которых была крестьянами, провожали гостя настороженными взглядами. Они почти инстинктивно чуяли в нем опасного противника, ведь Эрисхайм не скрывал свою суть.
Аура власти окружала фигуру драконьего князя и тяжелым шлейфом стелилась за ним. Так же, как вокруг расстилалась тьма.
— Здесь, — глухо сказал Дхиррайм, останавливаясь возле командирской палатки.
На ноги тут же вскочил Брок, гревшийся у костра. Но Дхиррайм качнул головой: сиди. Не сомневаясь ни минуты, отодвинул полог.
Юна была там, где он ее и оставил.
Лежала на походной койке.
Все такая же бледная и покрытая уродливой сеткой шрамов.
Дракону не нужен был свет, чтобы их видеть — эти тонкие рваные линии, испещрившие ее кожу. И все равно она оставалась в его глазах самой прекрасной из всех, кого он мог только представить.
— Что это? — за его спиной прозвучал напряженный голос князя. — Что ты с ней сделал?
Эрисхайм стоял на пороге, не в силах двинуться с места. Вид принцессы его ужаснул.
С трудом оторвав взгляд от ее лица, которое некогда считал довольно миленьким, он перевел взгляд на Дхиррайма.
— Я выжег порчу из ее крови, — пояснил тот. — У меня не было выбора.
— Выбор есть всегда. Нужно было меня дождаться! — отрезал князь, приближаясь к постели.